Антиалкогольное воспитание населения

Выход из сегодняшней ситуации системы малодейственных ограничений и запретов и системы санитарного антиалкогольно­го просвещения видится в многолетней, продолженной работе по воспитанию населения, воспитанию не только детей, но и до­ступной для воспитания части взрослых. Населению необходи­мы со стороны государства опека, расширение сферы интере­сов, повышение уровня социализации, культуры и образования, о чем говорили и писали лучшие умы человечества, в том числе наши современники. Утверждать, что жертвы финансовых пира­мид и лохотронов виноваты сами, своей жадностью и глупостью - это не только непонимание роли государства как охранителя населения, контролирующей роли государства, но и отсутствие того сострадания, о котором писал Н.А. Бердяев, сострадания к бедности и излишнему простодушию.

Трудно возлагать надежды на антиалкогольное воспитание взрослых с их уже сложившейся системой потребления спиртно­го, навыками общения с друзьями, внутрисемейными, празднич­ными ритуалами. Принято ориентировать общество на так назы­ваемое культурное питье - надежда остановить пожар встреч­ным палом. Оценивая возможности культурного потребления, следует остановиться на нескольких моментах.

Главное, на что стоит обратить внимание при оценке вариан­тов алкогольной политики - малая реалистичность обучения культурному питью (хотя мы было и поспешили разрешить 0,3% алкоголя в крови водителей). Сомнительна возможность обучить фрагменту поведения, фрагменту нравственности, фрагменту вежливости, фрагменту знания и т.д. Тем более, в стремлении к культуре питья нельзя забывать, что опьянение несет в себе разрушающий культуру поведения момент. Поэтому культурное питье возможно только на фоне достаточно высокой культуры. С сожалением приходится отметить, что не все инди­виды обучаемы в желаемой степени. Для, казалось, обученной, значительной части населения необходим сторонний контроль, поскольку предоставленные себе, а особенно при взаимоиндук­ции компании, всегда снижающей регистр поведения, они легко утрачивают приобретенные навыки поведения. Следовательно, даже при подъеме культуры в массе населения будет сохра­няться необходимость ограничительных, запретительных и ка­рающих мер.

Не менее важен момент биологический. Известно, что поня­тие нормы весьма индивидуально, как и проявления опьянения. Под культурным потреблением подразумевается не вызываю­щее расстройств поведения, опьянение видимой легкой степени. Даже при незначительной интоксикации патогенный эффект ал­коголя на метаболизм, на отдельные функциональные системы, не у всех и не всегда благополучные, может быть велик. Но, главное, культурное питье имеет в виду разовое количество, но не повторяемость.

Приятное «культурное» опьянение несет в себе желание по­вторений; культурное потребление учащается, формируя образ жизни. При этом нельзя исключить возможность соматоневрологических дисфункций, внезапного обострения существующей болезни. У двух разных людей одна доза дает разное состояние, а у одного человека на одной дозе - разное поведение в зави­симости от обстоятельств. Главное же - нельзя исключить такое последствие культурного систематического потребления, как привыкание, как алкоголизм, который может здесь быть отстав­ленным. Образ жизни, включающий регулярное культурное по­требление, не может поощряться обществом. Этот образ жизни неизбежно становится эгоцентрическим и препятствует духов­ному развитию личности.

Вышесказанное позволяет сделать вывод, что ориентация на культурное питье не даст отрезвляющего общество и социальнонейтрального эффекта. Можно полагать, что культурным питье станет тогда, когда, не снимая мер контроля, население будет ориентироваться не на тот или иной вид, форму потребления, а на трезвость, пусть как отдаленный идеал. Именно стремление к трезвости сделает потребление спиртных напитков эпизодиче­ским и не позволит, как при допустимом культурном питье, стать регулярным. Именно требование трезвости ограничит при эпи­зоде потребления количество принимаемого алкоголя. Разуме­ется, здесь только запретительных, ограничивающих и просве­тительских мер недостаточно. Сознательная трезвость основана на личностной установке, возможна при определенном уровне развития личности и соответствующем воспитании.

Антиалкогольное воспитание - прежде всего это составная нравственного воспитания. Очень многие наши проблемы, в ря­ду которых пьянство, мы пытаемся решить по отдельности, хотя все они растут из одного корня - низкого нравственного уровня, недостатка нравственного воспитания. Результатов нравствен­ного воспитания нельзя ждать завтра. В нем должны принять участие институты общественные и семья - дело не одного и не двух поколений. Нравственное воспитание населения - много­кратно более сложная задача, чем упрощенный запрет и узкоте­матическое антиалкогольное просвещение. Трудно сказать, кто может быть исключен из этой работы. Все мы действуем друг на друга и отрицательным, и положительным примером - в поступ­ках, особенностях межперсональных отношений и пр. Это сти­хийное взаимодействие. Культура, упорядоченность, организо­ванность в отношениях за последнее столетие ослабели в на­шей жизни. При ориентире общества на созидание, созидание имело в виду материальное, предметное, а человек воспитывался упрощенным, как функция производства. И нашему и сле­дующему поколению предстоит восстанавливать очень многое, чтобы люди окультурились и стали вести себя достойно.

Между тем наше государство совершенно не озабочено подъемом культуры населения. Не считать же этой заботой ис­кусственное возбуждение футбольных страстей, без создания при этом условий для активного занятия спортом детей и взрос­лых, допущение на ТУ развлекательного мусора и низкокачест­венной кинопродукции вместо культуртрегерских научно - популярных, образовательных передач, которые можно сделать очень увлекательными. Недоумение вызывает устроение пустых праздников и шествий (кто объяснит, почему мы празднуем день святого Патрика, а забыв о гигиене - праздник поцелуев?) вме­сто организации осмысленного, в том числе с познавательными цепями, оздоровительного отдыха? Безумные траты на между­народный конкурс песни вместо поддержки собственной класси­ческой культуры (музеи, симфонические оркестры). В европей­ских странах старой Европы соразмерено соотношение культурной продукции иностранной (особенно из США как марки культу­ры более низкой) и отечественной, соотношение передач музыки классической и популярной, праздников традиционных и инициа­тивных. Разумеется, там усилия и государства, и отдельных его служб не дают полностью удовлетворяющий результат, но во всяком случае предотвращают повсеместное тяжелое пьянство. При этом в Европе, Азии, Южной Америке праздники - время свободы нравов и свободы пьянства, после чего народ воздер­живается долгое время, до следующего торжества, работоспо­собность восстанавливается. Организаторы наших праздников, напротив, озабочены трезвостью участников, т. е. у нас праздни­ки не выполняют свою функцию катарсиса. Это боязнь беспо­рядков? Но для праздников не отводятся (если это не формали­зованный парад) центры городов.

Неозабоченность государства жизнью народа и непонимание этой жизни может быть наиболее ярко проявлялись до послед­него времени в толпах подростков, без видимой цели слоняю­щихся поздно вечером и ночью по улицам. Потребность в драках у молодежи (в деревнях ходили «стенка на стенку») возрастает, подпитываемая не только СМИ, компьютерными играми, но и не­занятостью, средовыми влияниями в целом. Можно наказывать и ругать их (скинхедами, фашистами), но нужно их воспитывать и организовывать, занимать, в том числе спортом, чтобы сни­жать агрессию. Даже если они не грабят прохожих и ларьки, а всего лишь слушают свою любимую музыку - какова будет на­утро их способность учиться? С каким багажом они встретят свою зрелость? Знаниями, умениями, желанием работать или алкоголизмом (наркоманией) и числом судимостей? Потребова­лись большие усилия и долгое время, чтобы преодолеть эту опаснейшую ситуацию и ввести ограничения на детский ночной образ жизни.

Малая эффективность профилактики алкоголизма у нас пре­допределяется не только неозабоченностью государства преду­преждением пьянства.

Лишь в последнее десятилетие церковь получила возмож­ность проявлять себя в общественной жизни. На протяжении тысячелетий любая монотеистическая религия ставила своей задачей совершенствование человека, пробуждение в нем бо­жественного и подавление дьявольского. В. Конецкий писал, что будучи ученым, он изучал бы не то, сколько человеческого в обезьяне, а сколько в человеке от обезьяны. К сожалению, те конфессии, которые подавляли звериное в человеке словом и добром, достигли меньших успехов, чем те, которые использо­вали побивание камнями, плаху, костер и заточение и которые оставили, как мы сейчас видим, более устойчивые нравственные представления. Правда, эта нравственность показала себя не общечеловеческой, а сугубо внутриконфессиональной.

При всей неполноте и несовершенстве нашего религиозного воспитания, но оно должно быть распространено в населении. И мы не можем усмотреть благородство в устремлениях тех, кто возражает против основ религиоведения, религии в обществе.

Светская работа по нравственному воспитанию человека мо­жет быть охвачена такой дисциплиной, как психогигиена. Чело­век не бывает трудным для окружающих, не доставляет им за­бот и огорчений, если он имеет достаточно хороший уровень спонтанного нравственного развития - «нравственный импера­тив внутри нас», «душа наша христианка». Вместе с тем необхо­димо и обучение нравственным чувствам и поведению, хотя бы с рациональной целью: неприятности, которые мы (без необхо­димости, от бестактности, грубости, жестокости) причиняем дру­гим, со временем преобразуются в наши собственные неудо­вольствия (так как вызывают ответные неприязнь и даже мще­ние других). Необходимо обучать сдерживать плохое настрое­ние, не «заражать» им окружающих, учить преодолению трудно­стей, для того чтобы жизненные препятствия не приводили к эмоциональным срывам, ухудшению характера, конфликтам, психосоматическим расстройствам. Часто люди легко входят в конфликт, не понимая злокачественности его для обеих сто­рон, как правило, не умеют вести себя в ситуации конфликта, увеличивая эту злокачественность, дезорганизуя свою жизнь и существование других лиц. А уровень психического напряже­ния индивида и окружающих его связан со злоупотреблением спиртными напитками.

Психогигиеническое воспитание определяет такие нравст­венные основы, как терпение, снисходительность, умение пре­небрегать мелочами, чувство справедливости, заботливости, доброты, способность вчувствоваться в состояние другого и т.п. Таким образом, нравственное и психогигиеническое воспитание - процессы неразрывные.

В отличие от религиозного воспитания, где контролирует Все­вышний, воспитание общественное, психогигиеническое взросло­го, уже сложившегося человека, должно подкрепляться общест­венным контролем и общественными санкциями. По сути, это единственный относительно успешный метод нравственного вос­питания, для чего необходимы хотя бы начала гражданского об­щества. Сейчас же общественный, соседский контроль восприни­мается как «доносительство» (что имеет объяснения в нашей ис­тории). Кстати, в Германии темное десятилетие прошлого не нару­шило общественный контроль. Пример соседского поведения в Европе и США - контроль за тишиной, трезвостью, чистотой, вы­гулом собак и пр. - кажется для нас вмешательством в чужие де­ла. Хотя ни в Европе, ни в США невозможен притон в многоквар­тирном доме и пьяные дебоши, о которых не была бы извещена полиция. От полиции дружно закрывается только социальное дно.

 

Вернуться к содержанию книги