Технологии психологического воздействия в сектах, продолжение

12. Материальные лишения. В ряде сект, если не в большинстве из них, адепты «жертвуют» зарплатой (поначалу — десятиной), имуществом, накоплениями, драгоценностями, машинами, квартирами, дачами, антиквариатом, а продолжая работать на секту по 10–12 часов в сутки без выходных дней, не получают денег. Фактически они разоряются, порой не имея даже сменного белья. Трудно представить себе, что все сектанты переживают это стоически или думают, как Н.В.Гоголь: «Нищенство есть блаженство, которого еще не раскусил свет... и кто уже возлюбил истинно свою нищенскую суму, тот не продаст ее ни за какие сокровища мира». Но похоже, а скорее, так оно и есть, секта радикально меняет отношения человека. Ведь в обычной жизни господствует совсем другое мнение. «Лишите человека собственности, и вы лишите его самого себя», — не без оснований заметил ктото. Лидеры сект за малым исключением отнюдь не намерены следовать по пути аскезы.

Обнищание адептов помимо «блаженства» освобождения от материальных пут преследует и другую цель: выйти из секты становится почти невозможно. Возвращаться обратно не к кому и не к чему.

Есть еще одно важное следствие столь тяжкого «пути к духовному возрождению». В психологическом плане лишения, унижения, издевательства, внешне кажущиеся совершенно бессмысленными либо даже садистическими, играют весьма существенную для секты роль. В данном случае действует правило возрастания ценности, имеющее мало исключений: то, что достается с большим трудом, ценится несравненно дороже, чем само плывущее в руки («как пришло, так и ушло», гласит пословица). В итоге — и лидеры сект это ясно понимают — привязанность адептов к секте только усиливается, крепнут их солидарность и сплоченность.

13. Принуждение к откровенности. Члены немалого числа сект обязаны сообщать своим руководителям все, что они знают о близких, друзьях, знакомых, коллегах, соседях и т. д., выдавая при этом самые сокровенные тайны. Полученные сведения тщательно проверяются из других источников. Точно так же адепты должны все без утайки рассказывать о себе. Лидеры сект вынуждают к такому полному обнажению адептов по целому ряду причин: из соображений личной безопасности, для вербовки подходящих людей, с целью шантажа, инфильтрации в социальные и политические структуры, в органы исполнительной власти, в целях экономического шпионажа. И, разумеется, для распускания дискредитирующих слухов, клеветы на неугодных людей, «ибо клевета — парадный ход для лжи и черный — для правды». Откровенность адепта — это грозное оружие и против него самого, он не может не понимать, что оказывается тем самым объектом неограниченной власти лидеров секты.

Весьма примечательно, что руководители сект предпочитают письменные свидетельства адептов — это старый восточный прием манипулирования. Здесь используется правило магического действия, имеющее основанием убеждение людей в том, что только по поступкам можно узнать, каков есть человек на самом деле. По поступкам люди судят и о самих себе. Совершая тот или иной поступок, человек сохраняет или меняет представление о себе.

Даже если он что-то напишет, то есть выполнит определенное действие, можно ожидать, что оно повлияет на отношение к себе и тем самым к какому-то явлению. Китайцы, к примеру, просили пленных американцев всего лишь переписывать прокитайские тексты. Этого было достаточно, чтобы пленники начинали относиться к Китаю более позитивно. Письменные «доносы» меняют, следовательно, Я-концепцию адептов в нужном для секты направлении, а стало быть, и свое отношение к секте. Кроме того, адепт знает, что о написанном им могут узнать многие другие. Это скорее всего заставит его смотреть на себя глазами «других» и, согласно принципу социального доказательства, присоединиться к их возможному мнению о себе, а также вести себя в соответствии с их ожиданиями — правило самопрезентации.

14. Прозелитизм — стремление обратить других в свою веру. Прозелитизм практикуют обычно все секты. Некоторое предпочтение при этом могут оказывать определенным слоям населения: лицам молодого возраста, материально обеспеченным, людям с известным общественным положением и т. д. Вероятно, весьма значительная часть неофитов (вновь обращенных в веру) — это лица с психическими отклонениями, расстройствами личности, проблемами адаптации. К.Ясперс указывает, что «больше всего» психических расстройств встречается среди приверженцев различных сект, но прямо не связывает это с деятельностью последних, считая этот факт изначальным. Если в секту вовлекается кто-то из членов семьи, со временем там могут оказаться и другие, а иногда вся семья.

Деятельность по вовлечению в секту поощряется, в частности зачетами «заслуг» и продвижением вверх по ступеням иерархии секты, благосклонностью «руководства», погашением долгов или заменой денежных вкладов и др. Учитываются, естественно, и весьма важные психологические аспекты прозелитизма. Подобно такому правилу, как «учи и поймешь сам», миссионеры подчиняются другому, вытекающему из принципа социального доказательства, — «уговаривай и убедишься сам». «Чем больше людей убедишь, тем более ты прав» — потому миссионеры столь экспансивны. При этом чем большее сопротивление оказывает потенциальный адепт и чем труднее его «сломить», тем само верование в глазах вербовщика становится более «истинным». Отчасти, вероятно, отсюда проистекает та подчас невероятная настойчивость, которую проявляют вербовщики, заметив малейшие признаки сомнения или колебаний у своего клиента. Только категорическое «нет» да в придачу пара крепких выражений помогает им понять, что тут «делать нечего».

15. Социальная мимикрия — использование внешней атрибутики и привлекательных признаков той или иной социальной группы ради повышения авторитета и влияния секты. Так, «Черная библия» сатанистов написана с точностью наоборот, но явно с подражанием стилю библейского текста, художественные достоинства и очарование древности которого не имеют себе равных. Многие секты заимствуют веками отточенную риторику других, зачастую самых разных конфессий. «Небольшие» при поверхностном чтении поправки и изменения акцентов в теологических сочинениях зачастую остаются без внимания адептов, хотя именно такие «детали», как позже выясняется, имеют ключевое значение. Тексты некоторых «священных» книг сектантов весьма напоминают жанр фантастики, повальное и почти болезненное увлечение которым общеизвестно. Секта Махариши (трансцендентальная медитация) не без успеха эксплуатирует наукообразность своих публикаций, чем подкупает «образованных» людей даже из «науки».

В части сект бытует и распространяется убеждение в том, что в них наиболее полно реализуется принятый в обществе образ жизни, считающийся благодаря искусной идеологической обработке нигде не превзойденным. Ла Вей, идеолог сатанизма, в этой связи открыто говорит: «Собственно говоря, мы проповедуем то, что уже давно стало американским образом жизни. Просто не все обладают мужеством называть вещи своими именами». Проамериканские тенденции, искусственно насаждаемые по сию пору среди населения России, эта ксеномания — одностороннее увлечение всем иностранным и негативистическое отторжение собственной культуры в какой-то степени объясняют популярность сатанизма в нашей молодежной среде. Многие секты маскируются под общественные, гуманитарные, миротворческие, экологические организации, действуют под лозунгами сохранения семьи, нравственности, духовности.

В условиях массового распространения наркомании, алкоголизма, СПИДа, других социально зависимых болезней эти проблемы становятся как бы притягательными масками сект. Это делается не только для того, чтобы обойти закон, — тут секты сегодня у нас практически неуязвимы. Главная цель — создать о себе благоприятное впечатление. Именно потому в сектантских текстах, в речах их «проповедников» так много разных красивых слов: духовность, любовь, справедливость, возрождение, спасение, нравственное очищение и т. д. Зло подобает приукрашивать словами. Лидеры сект прекрасно знают, что люди слишком часто доверяют словам, этому «фразерскому гипнозу» (А.И.Куприн), а не тому действительному смыслу, который в таких словах упакован. Одно только слово «свобода» способно вскружить любую голову, особенно если забыть, что мерою свободы является ответственность. Красноречие — прекрасный довод там, где мало аргументов. Еще древние египтяне заметили, что «нет оружия сильнее, чем слово».

Словесно-логические структуры с неясностью и тенденциозностью понятий вообще могут заслонить собой реальность, представляя собой призрачные, виртуальные миры, подобные тем, которые создает не совсем здоровое воображение. Создатели таких миров часто покидают пределы действительности, как бы «живут» там придуманной жизнью. Таковы, в частности, графоманы — лица, одержимые болезненной страстью к писательству и сочинительству, не способные ни остановиться, ни удерживать себя в рамках разумного. Их могут печатать, они могут иметь аудиторию, но это не писатели в истинном смысле.

«Главным достоинством писателя, — говорил Флобер, — является знание того, о чем писать не нужно». Лидеры сект не столь наивны, как бескорыстные графоманы, это фанатики, а то и циники — люди, всему знающие цену, но не ведающие ценности. Они знают, на что идут ради своих амбиций. Их задача — психологическая агрессия. Систематическое прослушивание их лукавых выступлений и записей на аудиокассетах, просмотр видеокассет, обязательное чтение дурманящей сектантской литературы, а то и ее заучивание — на это уходит много времени адептов, — немало способствует полному погружению сектантов в иллюзорный мир вероучения.

16. Прием джиу-джитсу — использование личных недостатков и пороков людей в определенных целях. Такие качества, как враждебность, озлобленность, жестокость, особенно ценятся в сектах сатанинского толка. Эти «способности» реализуются в сектах без принуждения, так, словно все совершается само собой, по своей воле или неизбежному стечению обстоятельств. Поощрять проявление дурных наклонностей не только не требуется, но даже не рекомендуется, иначе человек будет рассматривать свои действия, как управляемые извне, — эффект сверхоправдания. В этом случае автоматически включается механизм реактивного сопротивления — стремление защитить или восстановить ощущение своей свободы.

Что касается личной ответственности сектантов за неблаговидное или криминальное поведение, то она, разумеется, снимается. Асахара, например, «принимает» все грехи своих адептов на себя. Таким образом, подавляется чувство вины перед близкими, обществом. Если быть более точным, то чувство вины трансформируется в некое подобие чувства долга. Устранение запрета на антисоциальные действия, этакая «суррогатная свобода» неизбежно ведет к тому, что в сектах употребляют наркотики (нередко, правда, в ритуальных целях, для изменения состояния сознания адептов), считают позволительным воровство, кражу детей, изнасилования, убийства, террористические акты и т. д. Зачастую обычным делом являются групповой секс, половые извращения, в том числе педофилия, распространяются столь экзотические для сибирских широт половые девиации, как тантрический секс или секс в «гороскопических позах любви». Узнать, что происходит в недрах сект, очень непросто, надежные сведения такого рода удается получить только посредством внедрения исследователей в секту для изучения ее жизни изнутри.

Кстати заметить, что теория катарсиса, согласно которой «эмоциональная разрядка» (в частности, «выход энергии агрессии») достигается посредством воображаемых, символических и реальных актов агрессии (и других разрушительных тенденций, свойственных, по Э.Фромму, некрофильному типу личности), не подтверждается культовой практикой хотя бы тех же сатанистов — неизвестно ни одного достоверного случая, чтобы кто-то из них превратился в голубя мира. Временная «разрядка» сменяется последующим и еще большим ростом напряжения, так как она не решает проблем, а, напротив, отдаляет от этого. В итоге происходит не «очищение», а скорее обратное: агрессивные действия постепенно становятся привычными, как бы чертой характера («привычка, — говорит Цицерон, — вторая натура»), а воображаемые акты агрессии повышают готовность помимо воли реагировать агрессивными действиями, которые, как это имеет место «в реакциях короткого замыкания», долго и подспудно, до внешнего проявления вызревают во внутреннем плане). Поэтому дискуссия о том, полезно или вредно детям смотреть фильмы со сценами насилия, скорее всего навязана дельцами индустрии жестокости.

В ряде сект, напротив, существуют ограничения и жесткие запреты употребления алкоголя, табака, наркотиков, инвективной лексики, сурово регламентируется секс (допускается только для зачатия детей), в отдельных сектах он табуируется. Подобные секты пользуются популярностью и широко рекламируются (например, «программа 12 шагов», известная своей антинаркотической направленностью). Легко понять родителей, дети которых прекращают прием наркотиков и алкоголя. Негативных последствий пребывания детей в таких сектах родители просто не замечают или не хотят замечать, если сами занимаются по подобным программам. Между тем зависимость от лидера секты (его фигура замещает там Бога) при этом столь велика, что обходиться без него «бывшие наркоманы» часто не могут, каждый свой шаг они должны сверять с его мнением. Есть секты, в которых существует практика обучения тому, что и как должен делать адепт в той или иной ситуации, как ему следует спрашивать, отвечать, парировать возражения и т. п. Близкие адептов очень скоро замечают это и рассказывают, что муж (сын и др.) «начал говорить чужим языком, по-другому вести себя, вообще изменился до неузнаваемости, стал совсем чужим, как загипнотизированным, запрограммированным».

17. Физиологические лишения. В ряде сект требуют ограничений в пище, причем порой явно абсурдных. Так, в секте Виссариона поначалу запрещалось употреблять белковую пищу, мясо, соль, воду, пшеничный хлеб, сахар, кофе, чай. В лепешки из отрубей рекомендовалось «мысленно» добавлять яйца, сметану, лепестки розы и космический свет. Достаточно скуден пищевой рацион мунитов, секты «ревнителей истинного благочестия» (здесь питались отходами с помоек и овощных баз). В значительной части сект адепты хронически недосыпают или периодически лишаются на несколько суток сна. В то же время они принуждаются к изнурительным работам и не имеют возможности отдохнуть. В высоких широтах адепты подвержены действию холода, так как не имеют хорошей одежды и теплого жилья.

Культовое значение лишений понятно: «смирение плоти есть путь к укреплению духа». Очевиден и истинный смысл физиологических лишений: этим достигается физическое изнурение, а главное — психическое истощение, делающие затруднительным или невозможным напряжение воли и сопротивление давлению извне. Физиологический дефицит зато с лихвой восполняется проповедями смирения, ибо покорность в тоталитарных обществах — достоинство раба.

18. Влияние деструктивных ритмов. Из музыкальных предпочтение чаще отдается специально подобранным ритмам, оказывающим успокаивающее, усыпляющее влияние, способствующим расслаблению, релаксации, снижению активности сознания. На обычных людей такая музыка производит, по их словам, «одуряющее» впечатление. В Богородичном центре, напротив, используется тонизирующая, бравурная музыка — военные марши, гимны. Вероятно, неслучайно эта секта относится к числу наиболее экстремистских. Ритмические движения и песнопения большого числа людей с древности применяются в разных культах для введения в состояние гипнотического транса. В секте Виссариона, например, практикуется такая психотехническая процедура, как «магический круг»: адепты, взявшись за руки, под особую музыку повторяют определенные действия (по-видимому, символизирующие культовые представления).

Случается, что отдельные адепты при этом «падают без чувств». На массовых ритуальных встречах, в толпе, под влиянием музыки, речевых инструкций, ритмических раскачиваний, световых эффектов у сектантов возникают экстатические состояния, истерические припадки, истерические психозы с симптоматикой одержимости, «одичания» и кликушества (крики, брань, лай, рычание, вой и т. п.). Иногда, вероятно, возникают эпилептические припадки (аффект-эпилепсия). Американские психологи установили весьма интересный факт: аномальные личности не выносят классической музыки (Моцарт, Шуберт, Бах, Бетховен и др.). Чтобы «отпугнуть» сомнительную публику, в нужных местах транслируют такую музыку, и будто бы это помогает лучше полицейских. В некоторых странах (Япония, Германия) предпочитают русскую классическую музыку из-за ее благотворного влияния на добропорядочных граждан.

19. Гипервентиляция. Используется в сектах восточной ориентации, составляет ядро методики голотрофного дыхания Г.Грофа. В секте «Аум-Сенрике» адепты, сидящие в «позе лотоса», совершают по 25 глубоких вдохов и выдохов в минуту, затем следует пауза — полная остановка дыхания, то есть гипероксия периодически сменяется гипоксией. При «динамической медитации» используется «хаотическое дыхание» под звуки барабана, в результате чего наступает «особое состояние». Гипервентиляция в медицине используется, как известно, в качестве метода провокации эпилептической активности головного мозга. По описаниям «пациентов», лечившихся по методике Грофа, у них развиваются психотические эпизоды, состояния спутанного сознания. Упомянутые признаки психического расстройства сектантами интерпретируются в мистическом смысле или расцениваются как свидетельство «очистки организма и психики».

20. Медитация — способ самостоятельного погружения в гипнотическое состояние. Является обязательным элементом практики йоги в разных ее вариантах. В медитации часто используется метод многократного повторения мантр. Мантра — короткое «священное» слово, которое гуру (наставник, учитель) втайне от всех сообщает своему ученику. Обычно это символ какого-то понятия или ряда понятий. Мантра «ом», например, состоит из трех фонем: А — означает творение (Брахма — божество созидания), У — поддержание (Вишну — бог-хранитель), М — разрушение (Кришна — бог-защитник, избавитель). Есть мантры, общие для всех приверженцев культа. Кришнаиты повторяют разные сочетания 2–3 слов с обязательным упоминанием имени своего бога. При этом они перебирают четки (число повторений мантр — 1728 раз в день). Глубокая сосредоточенность на повторении мантр сочетается с усилиями по ограничению внешних впечатлений, отключению от мыслей и воспоминаний. Иногда самопогружение достигается без повторений мантр, только путем отключения от внешнего и внутреннего мира. Сеанс медитации длится десятки минут. Выход из состояния самопогружения самостоятельный, иногда по команде учителя.

Способность впадать в самогипноз и выходить из него поддается тренировке, равно как навык засыпать и пробуждаться в нужное время. Во время медитации поток впечатлений резко ограничивается, что ведет к сенсорной депривации. Теряется ощущение тела, медитирующий ничего не видит (глаза закрыты) и почти либо ничего не слышит. В результате происходит ослабление контрольных функций сознания, возрастают внушаемость и самовнушаемость, могут появляться неуправляемые образные фантазии («сон наяву»), психотические переживания. Существует, как известно, экспериментально подтвержденная гипотеза, согласно которой появление симптомов шизофрении обусловлено блокадой сенсорных стимулов. Махариши, в свою очередь, уверяет, что «медитация — единственный ответ на все вопросы человека».

Его термин «трансцендентальная медитация» означает «переход» к источнику «внутренней энергии и гармонии» путем медитации. Регулярные занятия медитированием, полагает Махариши, способны исцелять и профилактировать болезни, решать много других проблем, они могут даже избавить человечество от войн. Асахара посредством медитации надеялся «уничтожить прежнее сознание». Он «разработал» для этого метод «поднятия кундалини» («змеи» — автор) из копчика в головной мозг. Метод предусматривал наряду с другими процедурами многократное повторение таких слов из учения Асахары, как «человек непременно умрет, ...человек обязательно умрет...» О целях и результатах занятий йогой можно, по-видимому, составить суждение по следующему мнению одного из ее почитателей: «Начинающий йог очень скоро сталкивается с тем, что ум — большое препятствие в его духовной работе... Практика йоги требует отказа от своего ума».

21. Внушение в бодрственном состоянии, в состоянии гипнотического транса, во время медитации. Говорить о внушении в бодрственном состоянии адептов можно, по-видимому, с большой долей условности, поскольку сектанты, похоже, постоянно пребывают в состоянии измененного сознания. Внушаемость значительной части сектантов достаточно высока. Просматривая на видеокассетах записи их групповых встреч, нетрудно заметить, как легко они впадают в состояния глубокого гипнотического сна от одного прикосновения ко лбу и нескольких слов.

Следует особо подчеркнуть, что специальных методик выведения из состояния гипноза в сектах не применяют, в отличие от практики врачей-психотерапевтов. Каковы последствия этого, сказать наверное трудно, они, по-видимому, недостаточно изучены, однако можно предположить, что в итоге происходит нечто вроде кумуляции (накопления, наслаивания) гипнотических эффектов. Во всяком случае, ясно, что психическое состояние человека от этого не улучшается. Что представляется бесспорным, так это то, что высокая степень внушаемости рядовых сектантов является строго избирательной — только по отношению к индукторам конкретной секты.

Вследствие такой внушаемости пассивно, слепо и безо всякой критики принимается все, что индоктринирует вероучение, даже нелепые, фантастические, если не сказать бредовые вещи. Последние сразу же, непосредственно встраиваются в психологические структуры личности и позже осознаются как изначально принадлежащие ей, а не полученные извне. Это напоминает известный эффект спящего — отсроченное влияние сообщения, когда помнится его содержание, но забывается причина недоверия к нему (в случае с сектантами, напротив, полного и безоговорочного доверия).

22. Обряды инициации — церемонии посвящения в адепты или, вообще говоря, совершение таинств, итогом которых является чувство принадлежности к какой-либо группе. Такие обряды существуют с первобытных времен по сей день, представляя собой строгую последовательность символических действий. Обряды посвящения — важный, критический момент в развитии Я-концепции личности. В различных конфессиях, а также в сектах церемониям инициации придают поэтому исключительно важное значение.

Обряды посвящения в сектах обставляются очень торжественно, проводятся в полной благоговения и мистического трепета обстановке, при большом скоплении людей, физическом или незримом присутствии самого «учителя», а также важных персон из его окружения. Так, центральное значение в культовой практике мунитов имеет церемония «благословения». Она включает в себя церемонии «святого вина» и «священного бракосочетания».

Суть «винной церемонии» заключается в полном отказе от прошлого и переходе в лоно «семьи» Муна. По словам Муна, церемонии «благословения» являются «процессами прививки, при которых вы отделяете себя от сатанинского мира и приживляете себя к семье Истинных Родителей». Перед тем новичков — «детей» долго «обучают». Их ни на минуту не оставляют одних, заставляют работать, слушать лекции, молиться и петь гимны по 14–16 часов в сутки, запрещая общаться с родителями — представителями «сатанинской» стороны.

Обряд посвящения у Асахары — «шактипат», по словам «его святейшества», выглядит так: «Шактипат — это передача энергии через мой большой палец, помещаемый на лоб реципиента. Этот прием может иногда мгновенно пробудить кундалини (духовную энергию, спящую в копчике). Одновременно с тем Асахара «берет на себя греховную карму учеников». Посвящение включает и «кровавый ритуал», при котором пьют «кровь самого Асахары». Связь через кровь издавна означала: моего Я более нет, Я — это ты».

Вот как описывают обряд инициации прошедшие его девушки-сатанистки. Ночью, на кладбище они должны переступить крест и отвергнуть тем самым веру во Христа. Это значит: я уподобляюсь зверю, отказываюсь от человечности. Затем следовало выпить кровь животного, с которого живьем сдиралась кожа. Столь же кровавыми и садистическими являются другие ритуалы сатанистов.

В обрядах инициации используется множество приемов психологического влияния, имеющих целью радикальное изменение личности, переход ее в новое качество, не имеющее ничего общего с прежним. В сочетании с предшествующей «обработкой» и последующими воздействиями (уже в составе секты) на человека попытки тотальной трансформации личности являются, по-видимому, достаточно успешными. О прошлом своем Я адепт будет позже вспоминать как о чем-то постороннем, чуждом, ненастоящем, если будет вспоминать когда-нибудь вообще.

23. Дезинформация. Обман и откровенная ложь — давно известное, мощное и употребляемое не только в сектах воздействие на зависимую личность. Важно, чтобы дезинформация производила впечатление сенсационности, в этом случае она наиболее действенна, так как изумляет человека. В этом смысле желание быть обманутым вообще свойственно обывателю, правда для него — слишком суровое испытание. «Сущность вульгарности, — заметил Д.Рескин, — в стремлении к сенсации». Хаббард считал ложь единственно эффективным способом контроля над людьми и прилагал немало усилий к тому, чтобы адепты принимали ее как абсолютную истину. Лидеры многих сект изобличались в свое время как мошенники, ловкие жулики и авантюристы, зачастую они — непревзойденные мастера лжи.

24. Употребление психоактивных препаратов — наркотиков и психоделических (вызывающих психотические явления) субстанций. Используется для повышения эффективности контроля над сектантами. До формирования химической зависимости дело обычно не доходит. Отчасти потому, что частота и дозы приема психоактивных препаратов регламентируются из соображений экономии средств и нежелательности грубых психических сдвигов в опьянении, но также потому, что зависимость от секты, по-видимому, на порядок выше, чем от наркотиков, а при таких обстоятельствах наркотическая зависимость не имеет внутренних психологических предпосылок к своему развитию.

25. Формирование оккультного мышления. В ряде сект существует система обучения, где преподаются «теоретические» основы оккультизма и осваиваются практические способы овладения тайными силами. Так, «программа школы» «Роза-Крин» включает такие темы, как «основы управления пси-полями через слово, мысль, волю», «основы влияния на человека гаданий, гороскопов, сонников, колдовства, экстрасенсорики на психику и психоэмоциональное состояние, здоровье, судьбу» и т. д. Другими словами, научная картина мира, дисциплинированное мышление, логика, реалистическая ориентация и научные методы познания отбрасываются как несостоятельные и непригодные для нужд вероучения. Тем самым индоктринируется обскурантизм, непроницаемый для доводов рассудка и разума.

Часть адептов в течение переходного к окончательному погружению в оккультизм периода обнаруживает нечто вроде «раздвоения сознания» — состояния, когда естественнонаучные подходы в мышлении сосуществуют с мистическими. Например, врач в одно и то же время использует научные методы диагностики и лечения и параллельно с тем оккультные методы целительства. Оккультное сознание, естественно, объявляется «высшим» приобретением человека. Существует и распространяется даже «теория», согласно которой в «грядущей войне» выживут только люди, наделенные паранормальными, оккультными способностями.

Даже в мягком переводе это означает, что адепты оккультизма вынашивают планы и рассчитывают свои возможности сокрушить своих оппонентов. Последним в случае поражения не останется ничего другого, как последовать совету А.Дюма: «Никогда не следует быть исключением. Если живешь среди сумасшедших, надо и самому научиться быть безумным». Индоктринированием оккультизма систематически, на протяжении 10–15 лет заняты российские региональные и особенно центральные СМИ, в первую очередь телевидение, мощь воздействия которого многократно превосходит силу влияния радио и печатной продукции. Повышенное внимание в последние годы уделяется почему-то астрологическим «прогнозам», зачастую просто анекдотичным. Например, «ракам» завтра будет легко уйти от налогов, а «рыб» ожидают неизъяснимые наслаждения секса, но «надо проследить», чтобы при этом не было «большого скопления людей». Очевидно, считается, будто достигнутая степень оболванивания населения столь велика, что о такой и не помышляли изобретатели астрологии — вавилоняне.

Целительство в сектах имеет следствием еще три вещи. Во-первых, сами целители проникаются искренней верой в свои сверхъестественные нечеловеческие способности: возникают бредоподобные идеи своего могущества или, так, вероятно, будет сказано точнее, индуцированный архаический бред. Обычно целителями становятся стеничные натуры, а то и личности с гипоманическим складом характера. Во-вторых, больные получают надежду на то, что им в любом случае помогут, особенно там, где медицина бессильна. В-третьих, практика целительства дает прекрасные возможности вовлечения в секту обратившихся за помощью.