Сновидения с психической анестезией и деперсонализацией

Сновидения с симптоматикой психической анестезии. Это сновидения, в которых представлена утрата осознавания различных сторон собственного Я: тела, эмоций, сознания, чувства витальности, боли и мн. др. Приведем соответствующие иллюстрации: «Сплю и во сне думаю, что надо бы пальцем пошевелить, рукой подвигать, а то я ее не ощущаю, ее как бы нет совсем... Я почти всегда понимаю во сне, что вижу сон, в нем я обычно не участвую, а наблюдаю как бы со стороны... Вижу себя в стороне, что и как я делаю, но своего Я не ощущаю... Стреляли в меня, попали прямо в голову. После этого все вдруг исчезло, будто свет выключили, абсолютная пустота и ничего вообще нет, нет и меня.

Проснулся с мыслью, что я умер, даже удивился: надо же, умирать, оказывается, совсем не страшно... Самые страшные сны я смотрю совершенно спокойно, нет никакого страха. А днем я очень боязливая, напугать меня ничего не стоит... Вижу во сне, как на меня набрасывается собака и кусает меня. Я совсем не боюсь ее и не чувствую боли... Снится, что я совсем одна. Полная тишина, никто не отзывается, не появляется. Да и нет ничего, никаких предметов, совсем ничего, я в полном одиночестве и полной пустоте...

Два раза видела во сне, что я падала из ниоткуда в никуда, не было и никаких звуков... Снится, будто я существую отдельно от мира. У меня и днем бывает точно такое же ощущение... Снится, что мой ребенок болен, затем умирает. Я к нему, мертвому, и не подхожу... В детстве мне не раз снилось, будто я летаю в абсолютной пустоте... Вижу во сне, что кого-то убили, лежит труп, много крови. А у меня нет ни страха, ни жалости. А так-то я очень боюсь крови, мертвецов, были даже обмороки...

Снится мне, что я умерла. Мне не хватает воздуха, отрываются руки, ноги... В депрессии несколько раз видела сны с ощущением, что я умираю и вот-вот умру... Мне очень часто снится, будто я умираю, а в тот момент, когда я, кажется, вот-вот умру совсем, я просыпаюсь... Недавно мне опять снилась война, бой. Кругом взрывы, стрельба. Кончилось все тем, что я погибаю, умерла... Мне снится, будто я лежу и умираю, потом умерла совсем. Ничего не вижу, не слышу, не чувствую, не ощущаю себя.

Потом во сне же и оживаю. Интересно, что нет и никакого страха... Две недели назад мне снилось, как я убегаю, в меня стреляют и убивают. Я умираю, потом оживаю и продолжаю убегать. В меня опять стреляют, я снова умираю и вновь оживаю. Проснусь, засну, а сон продолжается, меня убивают, я оживаю. И так было пять раз. Я не боялась смерти, знала, что все равно оживу... Снилось, что меня убивали, я умирала, а затем оживала. Так было три раза в этом сне.

Один раз меня убили как бы в детстве, я чувствовала себя перед тем маленьким ребенком... При резком пробуждении от сна у меня бывает ощущение, будто я не проснулась, а была мертвая и вернулась с того света... Как-то было, что я не уснула, а отключилась, умерла. Утром открываю глаза, слышу протяжный звон. И думаю: слава Богу, что я еще не умерла... Мне снилось, будто меня распилили на части и я умер. Мне снилось, будто моя душа отделяется от тела и вылетает в форточку... У меня часто бывают сны, в которых нет никаких мыслей, я совсем не думаю. Иду, например, к дому. Я знаю, что этого дома нет, он сгорел. Я говорю себе это, а все равно иду, не зная зачем и без всяких мыслей.

Или иду вот так же, без цели и мыслей, и останавливаюсь в ступоре. Стою, не двигаюсь, не совершаю никаких действий и ни о чем не думаю. Потом я просыпаюсь. У меня и днем такое бывает. Выйду из дома и куда-то иду, не зная зачем. Или пойду на кухню и зачем-то включу печь. Потом об этом забуду. А если вспомню, пойду выключить ей, а машинально включаю другую комфорку. Действую машинально, как автомат, голова в это время совершенно пустая».

Очень часто, по сообщениям пациентов, во сне они теряют ощущение сна: «Во сне просыпаюсь и вижу сон... Снится хороший сон, а затем я просыпаюсь. Вроде не сплю и сожалею, что оборвался такой интересный сон, в нем все было, как в жизни. Потом я засыпаю и мне снится не этот же, а другой, и тоже хороший сон... Несколько раз было так, что мне под утро снилось, будто я проснулась. Останавливаю будильник, поднимаюсь, одеваюсь, собираюсь на работу. Когда выхожу на улицу, просыпаюсь в постели с ощущением, что все это происходило в действительности... Снится, что я проснулся в обычное для себя время, выспавшимся...

Во сне просыпаюсь и вижу, что кругом мои друзья. Выпивка, разговоры, то да се. Я отказываюсь пить, у меня с похмелья болит голова, да и на работу скоро идти. А когда проснулся по-настоящему, обнаружил, что я в больнице, и ничего у меня не болит... Часто бывает так, что я просыпаюсь, а сон продолжается дальше и в нем все как наяву... Спала, проснулась и вижу, что какой-то человек нападает на меня. А потом просыпаюсь на самом деле...

Спала, проснулась, смотрю, как мать пеленает ребенка. Закручивает его во что-то жесткое, железное. Видится все это как в реальности. Только когда проснулась совсем, поняла, что видела сон... Два раза мне снилось, что я просыпаюсь и собираюсь на учебу. Оба раза меня на пороге останавливала мать... Однажды было так, что я просыпаюсь, сижу дома, чем-то занимаюсь. Вижу, как идет школьный директор. Подходит ко мне и начинает меня душить. Когда я проснулся, было чувство, что меня и в самом деле душили, я задыхался, был весь в поту. Я уже во сне под конец начинал понимать, что все это мне только снится... Бывает так, что я сплю, потом просыпаюсь и вижу, что муж возвращается с работы. Я кормлю его, мы о чем-то разговариваем. Потом я просыпаюсь опять и вижу, что мужа еще нет и я лежу в постели...

Я сплю, вижу сон. Потом просыпаюсь, а сон продолжается дальше или начинается новый сон... Приснилось раз, будто я проснулась. Оттолкнулась от земли и полетела. В полете осознала, что это сон, осознанный сон... Мне снилось, что я проснулась и говорила сама себе, что перед тем я видела сон... Сплю, утром просыпаюсь, встаю, моюсь, одеваюсь, завтракаю, выхожу на улицу, иду на работу. А потом просыпаюсь и только тогда понимаю, что видела сон... Приснилась змея в постели. Я провожу рукой, чувствую холодный, скользкий клубок и просыпаюсь. Поднимаю одеяло и вижу под ним черную змею. Она притаилась, лежит неподвижно.

Смотрю на нее и думаю, сон это или явь. Хотела задушить змею, но не смогла определить, где ее голова, а где хвост. Тут откуда-то из воздуха появляются спирт и спички. Я облила змею спиртом, подожгла. Пока змея горела, я сидела на своей половине постели и спокойно на это смотрела. Когда проснулась по-настоящему, долго не могла сообразить, снилось мне все это или было на самом деле... Часто летаю во сне, корректирую полет, лечу, куда мне надо.

И наблюдаю за этим со стороны. Когда перехожу в другой сон, понимаю, что летал я во сне... Просыпаюсь, открываю глаза и вижу болонку. Удивляюсь, откуда она взялась. Потом опять просыпаюсь и тогда уже понимаю, что собачка мне приснилась... Однажды ночью я спала, проснулась. Муж приходит с работы и стал меня душить. Я боролась с ним, насилу отбилась. Долго не могла поверить, что мне все это приснилось...

Сплю, проснулась, вышла из себя, прошлась по комнате, подошла к одной подруге, другой, третьей, помахала затем им рукой и резко проснулась. На этот раз по-настоящему... Сплю, просыпаюсь, вижу сон, громко и ясно говорю с тем, кто снится (рассказывали, что я на самом деле говорил), потом окончательно просыпаюсь».

Мы считали бы важным отметить, что утрата чувства сна во время сна очень часто дополняется ощущением абсолютной реальности того, что происходит в последующих сновидениях. Очевидно, речь в таких случаях может идти также об апперсонализации.

Мнимое пробуждение бывает неоднократным. Впервые такое нарушение описал Н.В.Гоголь в рассказе «Портрет». Коротко сюжет рассказа такой. Художник обнаружил в лавке портрет ростовщика с демоническим взглядом, жгучим, проникающим в душу. Ростовщик заказал портрет накануне своей смерти, желая тем самым обрести вечную жизнь в качестве воплощения сатаны. Сам ростовщик, а затем и его портрет губили всех людей, кто с ними близко соприкасался. Художник Ч. купил портрет, повесил его в своей студии на стену. Близость портрета в итоге погубит и этого талантливого художника, им овладеют алчность, зависть.

Он перестанет внимать своему призванию, начнет рисовать за деньги и дешевые восторги публики бездарные вещи, а талантливые произведения других художников — скупать и в ярости уничтожать. Сумасшествие Ч. начинается кошмаром с тремя мнимыми пробуждениями. Сюжет сна связан с портретом ростовщика. Первый сон Ч. Портрет оживает, его изображение — это уже весь ростовщик, в полный свой рост.

Старик упирается обеими руками в рамку портрета и выпрыгивает из него. Слышатся его шаги, они все ближе, старик подходит к Ч. вплотную. Художник цепенеет, он в ужасе. Старик вынимает из мешка свертки с золотыми червонцами и уходит обратно. Художник рассматривает монеты, один из свертков прячет. Стиснув его в руке, просыпается с ощущением, что все происходило наяву, к тому же он ясно ощущает тяжесть в руке от свертка с деньгами.

Второй сон. Ч. оказывается вдруг перед портретом ростовщика. Старик вновь оживает и хочет губами как бы высосать художника. Тот в отчаянии и вновь просыпается. Некоторое время размышляет, что это было, сон или явь. Но убедившись, что находится в постели, решает, что это был сон, однако не уверен в этом, так как все еще чувствует тяжесть в руке. Третий сон. Тут Ч. замечает, что простыня, которой портрет был закрыт, раскрывается. Ч. вскрикивает в отчаянии и вновь просыпается. На этот раз по-настоящему, хотя некоторое время пытается осознать, сон ли он видел или происшедшее было в реальности.

Подышав свежим воздухом у форточки, Ч. решил, что все увиденное ему приснилось. Окончательно успокоившись, уснул как убитый. Проснувшись на самом деле, еще долго не мог удостовериться, что видел сон. В конце рассказа Ч. сходит с ума.

Приведем несколько подобных снов в описании пациентов. Больная пишет: «Уже заснув, я почувствовала, что А. (друг) встал с кровати. Была ночь и я подумала, что он пошел в туалет или за водой. Я слышу, как он запер за собой дверь.

Опять погружаюсь в сон и чувствую, что он ложится со мной рядом. Он обнимает меня, спустя некоторое время я опять слышу, как открывается дверь, и по шагам снова узнаю его. Меня пронзает чувство страха. Я слышу, как он проходит мимо и ложится не со мной, а на другую кровать. В тот же момент, проснувшись, я понимаю, что рядом со мной лежит другой человек, но выглядит он совершенно как А.

Очень сильно испугавшись, я все-таки привстаю и пытаюсь разглядеть лицо того человека, который был рядом со мной, — лицо этого псевдоА. Он открывает глаза и начинает говорить со мной: «Я знаю, что ты обо всем догадалась... и теперь ты должна ненавидеть меня за то, что я выдал себя за А.».

ПсевдоА. встал и вышел поспешно из комнаты. Я проснулась, мой страх исчез, и я почувствовала какую-то непреодолимую тягу к этому совершенно другому А. Я выбежала вслед за ним и попала в помещение, напоминающее туннель, который заканчивался дверью. Я вошла, виднелся тусклый свет маленьких ламп. Везде были какие-то трубы, люки. С труб капала вода, и капли, упав, издавали эхо. Там было очень сыро. Я заметила его (псевдоА.) в углу. Он сидел на корточках и смотрел на меня. Я подошла к нему и сказала, что люблю его. А он ответил мне: «Ты никогда не будешь любить меня, как его, А». Мне стало его жаль. Он обнял меня за колени, и я слышала, как капли воды с труб посыпались сильнее. У меня было чувство, что где-то сейчас прорвет трубу...»

Пациент, увидев необычный, «многоуровневый», а значит, означающий, по его мнению, что-то очень важное сон, написал по нему рассказ, опубликовав его в интернете. Приводим этот сон с большими сокращениями (отметим, что сновидение, как показалось во сне пациенту, длилось очень долго, «несколько недель»; попутно курсивом отметим некоторые болезненные детали сновидения):

«Я уснул, затем проснулся и обнаружил, что нахожусь в больничной палате. Все вокруг белое, никаких других цветов. Я осознаю, что меня зовут Виктор, я ветеран войны в Афганистане, лечусь в госпитале по поводу ранения в позвоночник, чувствую там сильную боль (на самом деле у пациента другое имя, он актер, никогда не воевал и не был ранен). На костылях пытаюсь выбраться из кровати, но неудачно, так что падаю обратно в кровать.

Тут я засыпаю, далее идет второй уровень сна. Я просыпаюсь в пустыне, лежу на песке, горячий песок греет позвоночник. Ко мне подходят рыцари в доспехах с шипами, они напоминают ракообразных существ. Меня берут в плен, связывают руки, ведут с другими пленными. Их много, они маленького роста, ниже меня на две головы. Нас конвоируют двое пеших и двое конных стражников. Идем долго, несколько суток, останавливаемся на отдых, едим, ночуем.

Среди пленных замечаю маленькую светлую девочку с голубыми глазами, она то появляется, то исчезает. Кто-то из пленных падает. Взваливаю его на плечо, но налетают стражники, замахиваются бичами, я дерусь с ними, бью их чем попало, ломаю им кости. Троих убиваю, они лежат. Четвертый конвоир испугался и убежал. Пленники смотрят на все это молча, никто мне не помогает. Говорю им, чтобы они разбегались. Они не хотят, отвечают, что придут новые стражники, будет еще хуже. Я беру лошадь убитого конвоира, взваливаю на нее упавшего пленника. Со мной просится девочка, забираю с собой и ее.

Она принцесса — это я так ее назвал. Едем. Наступает ночь. Ужинаем у костра. Спрашиваю пленника, как его зовут. Он — «никак». Давай, говорю, я буду тебя звать Агафоном. Ночью в пустыне интересно: звездное небо, в песчинках горят звезды, земля и небо как одинаковые. Я ощущаю себя в центре звездного пространства. Идем несколько суток, спим прямо на песке. Агафон приводит нас к одному месту в пустыне, потом неожиданно меня толкает.

Я проваливаюсь по горло в песок. Мне страшно, я чувствую, что мои ноги болтаются в пустом пространстве. Затем я падаю куда-то вниз. Мы все оказываемся на площади, кругом дома из песка. Горит много факелов, видим маленьких песчаных людей, они добрые, одеты в лохмотья. Агафон отыскал зеленый песок и положил его на свою рану, та на глазах стала затягиваться. Тут я просыпаюсь. Опять пустыня, мы идем на запад.

Показался разведчик в коже, очках, он привязан к летящему орлу. Мы прячемся. Я просыпаюсь. Мы уже на берегу океана. Высокий скальный берег, сверху вниз текут песчаные водопады. Чувствую запах метана. Агафон нашел две бочки, внутри одной из них обнаруживаю пиктограмму, означающую, как надо плыть. Так и делаем. Привязываем по бокам лошади по бочке, в одну сажусь я, в другую — принцесса. Агафон плыть отказался.

Мы отплываем, а наверху появляется погоня. Агафон машет горящей веткой, раздается взрыв метана, все исчезает. Мы продолжаем плыть, под нами вижу поднимающееся песчаное дно. Затем показывается остров, это, как я увидел позже по телевизору, была Атлантида, в точности такая же. Нас встречают люди в туниках, они похожи на индейцев цивилизации майя. Размещают нас в гостинице, в пустой комнате с иероглифами.

Тронешь иероглиф с изображением стола, откуда-то возникает стол, кровати — появляется она... Когда не нужно, это тотчас исчезает. Над городом видна высокая ажурная башня, наподобие Эйфелевой, ее достраивают. Жители города говорят на незнакомом языке. Но я понимаю, что башню строят для того, чтобы принцесса поднялась на небо, к своим родителям. Наступает ночь, я засыпаю. Наутро принцесса меня будит, говорит, что нам пора, оставаться здесь опасно. Быстро собираемся, бежим, карабкаемся затем на башню. На горизонте появляется вдруг черная тучка, она быстро приближается.

Вскоре выясняется, что это множество орлов, в их когтях видны вооруженные ракообразные воины. Высаживается десант, завязывается и долго идет с ним бой, я один. В разгар боя из туч появляется лестница, принцесса взбирается по ней в небо, я вижу, что к лестнице не поспею, так как окружен со всех сторон. Принцесса на прощание машет мне рукой и исчезает. А я с башни падаю вниз, спиной прямо в воду, и мгновенно все исчезает.

Я попадаю на первый уровень сна, возвращаюсь в первый сон, в госпиталь. Тут же появляются двое незнакомых мне людей в черном. Один из них говорит: «Куда же ты от нас убежишь!» Мне делают укол, видимо, что-то успокоительное, потом меня куда-то тащат, громко гремят мои костыли. Открывается дверь, и я просыпаюсь. На этот раз на самом деле. Поначалу удивляюсь, почему это я нахожусь дома. Весь этот фантастический сон был с ощущением полной реальности. Потом я два раза досматривал его в тех моментах, которые с первого раза плохо запомнил». Общее число мнимых пробуждений в этом сне было, похоже, никак не менее 10. Отметим такую любопытную деталь, как возвращение в первый сон, а также продолжение последнего до момента подлинного пробуждения.

Больная сообщает: «Снится моя квартира. Я сразу понимаю, что в ней побывали воры. Все в ней раскурочено, побито, кругом дыры, торчат гвозди, раскиданы палки, вещи, валяется побитая посуда. Хорошо, что я просыпаюсь. Вижу отца. Он в моей квартире, лежит в кровати, больной. А кругом полный беспорядок, все разбросано, побито. Я с трудом пытаюсь перетащить отца на другое место, но тут просыпаюсь.

Мы с соседом ловим воров, бегаем за ними по дому. Слышатся топот, крики, шум, вокруг какие-то люди, суматоха. Здесь я опять просыпаюсь. На этот раз на самом деле. Понимаю, что все это мне приснилось, слава Богу. А казалось, будто происходило на самом деле». Пациент говорит, что видит иногда до пяти снов за ночь: «Проснусь, начинается другой сон. В нем я снова просыпаюсь и оказываюсь в следующем сне». Другой пациент рассказывает: «Почти каждую ночь я вижу за ночь до шести снов, один за другим; такое началось с полгода тому назад. Сегодня ночью мне приснилось, что я нахожусь в лесу, у реки, рыбачу.

Собираюсь снимать сети, подхожу к реке и тут просыпаюсь. Я оказываюсь в деревне, в своем доме, мы собираемся переезжать. Стоит машина. Я размышляю, как мне уложить вещи — их так много, и посадить семью. Машина маленькая, а бензина мало, только в один конец. Решаю взять только детей и варенье. Только подумал загружаться, как просыпаюсь. Я на войне. Идет бой, стрельба, бомбежка. Сижу в окопе, в каске, очень хочется пить. У меня автомат. Я меняю рожок, целюсь. Только собрался нажать на курок, как просыпаюсь. Вижу, что кругом болото. Понимаю, что я нахожусь в Белоруссии среди партизан. Нас окружили и надо прорываться. Только решаю ползти в сторону выхода из окружения, как просыпаюсь. Я нахожусь в отпуске. Перед тем решили всей семьей ехать к друзьям на Север отдыхать. Хорошо отдохнули, много впечатлений, пора возвращаться домой. Едва подумал, что надо собираться в дорогу, как тут же проснулся. Я в бешенстве, кого-то бью, какого-то недочеловека, вижу его глаза, морду, часть тела.

Бью его до крови и не могу остановиться. Стараюсь удержать себя, ругаю себя, говорю себе: ведь нельзя же опускаться до такой степени. В конце концов решил все-таки остановиться и тут проснулся, на этот раз на самом деле. Понял сразу же, что опять видел эти дурацкие сны. Когда я вижу очередной сон, то все в нем происходит как наяву, но при этом я понимаю, что перед тем я видел сны». Любопытно, что мнимые пробуждения происходят в тот момент, когда пациент принимает решение что-то сделать. Некоторые образы сна представлены фрагментарно. Следует отметить, что сновидения не связаны одной сюжетной линией и каким-то одним аффектом. Последнее сновидение выявляет агрессивность пациента, напугавшую его самого.

Еще один пациент сообщает: «Полгода назад со мной было такое. Я спал, потом проснулся. Чувствую, что хочу пить. Иду на кухню, открываю графин и вижу, что в нем полно червей, а вокруг появилось вдруг множество крыс. Мне становится жутко. Т

ут я проснулся. Сижу и думаю, что же это было, приснилось или случилось на самом деле. Наконец я окончательно проснулся. Вижу телевизор, идет передача, какой-то фильм. А рядом с телевизором стоит мой сын. Он как бы парит в воздухе и приближается ко мне. Затем он превращается в привидение. Сам он весь в белом, лицо белое. Когда он вплотную приблизился ко мне, мне стало страшно и я проснулся. А пить так хочется. Думаю, надо же мне все-таки попить. Встаю, направляюсь на кухню и тут вижу, что со стен что-то ползет. Смотрю, жена сидит на постели, колдует против меня, порчу наводит, ужасы на меня насылает.

Хватаю нож, подбегаю к ней, хочу ударить ее, замахиваюсь, но ударить не могу, мне что-то мешает это сделать. Бросаю нож на пол, падаю на колени и кричу: не могу терпеть видения, выносить все эти издевательства, не могу убить. В этот момент я просыпаюсь. Иду в сарай. Захожу внутрь, там, на полке вижу, как сидят две крысы. Они уставились на меня и говорят. Вернее, я понимаю, чего они хотят: давай, мол, загрызем его.

Я хватаю метлу, размахиваюсь, одну крысу сбиваю с полки. А другая прыгает в это время на меня и вцепляется мне в руку. Грызет меня, чувствую сильную боль, идет кровь. Я хочу ее сбросить, мотаю рукой. Тут, видимо, я задел жену, она проснулась и вскрикнула. Просыпаюсь и я. Лежу и думаю, проснулся я или нет. Сильно хочу пить, но идти боюсь. Только через час я окончательно проснулся и понял, что все эти кошмары мне приснились, а до этого я чувствовал, что во всех сновидениях, от первого до последнего, все было как в реальности».

«В детстве, помню, — сообщает другой пациент, — несколько раз было так, что я просыпался во сне, вставал, чистил зубы, собирался в школу. И по-настоящему просыпался затем в постели. Просыпаясь, по полчаса думал, сплю я или нет». Еще один пациент сообщает, что в последние несколько лет он стал видеть, по его классификации, «бредовые» сны. В одном из них ему снится, что он просыпается. Видит при этом что-то страшное, обычно угрожающее его жизни. Понимает при этом, что реально ему ничто не угрожает и что это всего лишь сон. Таких мнимых пробуждений, по его подсчетам, за ночь бывает до 20. Сны при этом яркие, цветные, «как в жизни». Недавно в последнем цикле сна он проснулся на полу. Когда проснулся на самом деле, он действительно лежал на полу.

Данное нарушение сновидения встречается достаточно часто как в активный период болезни, так и задолго до ее манифеста. Полагаем, что расстройство заслуживает поэтому внимания и может быть обозначено как симптом мнимого пробуждения. Важно отметить, что в таких сновидениях некоторые пациенты не осознают во сне факт сновидения, другие понимают это либо во время восприятия актуального сна, либо в момент перехода в очередное сновидение.

Одновременно с мнимыми пробуждениями, о чем свидетельствуют некоторые сновидения, или независимо от них встречается другое, как бы родственное, но обратное нарушение — симптом мнимого засыпания или, по словам пациентов, «сон во сне»: «Мне снится, что я сплю и вижу сон. В этом сне я тоже сплю и понимаю это. Во втором сне мне снятся иногда приятные вещи... Снится мне, что я засыпаю и чувствую, что кто-то садится у моих ног.

Открываю глаза и вижу черта. Вижу его как наяву. С того времени боюсь спать, бывает, что из-за этого не сплю совсем. У меня был и другой сон во сне. Снился мой знакомый. Но я понимала, что это не он, а другой человек в виде знакомого... Снится мне, как я ложусь спать, засыпаю и начинается сон. Я понимаю, что это сон. Если это хороший сон, я его досматриваю до конца и думаю, хорошо бы, чтобы он сбылся. Если неприятный или страшный, я успокаиваю себя, говорю себе, что это сон, или бужу себя и как бы просыпаюсь... Два года назад я видела сон, будто я уснула, а затем услышала звонок по телефону.

Беру трубку, слышу женский голос: «Здравствуй, Ксения». Голос мне незнакомый. Потом женщина спрашивает, зачем я переключила телевизор с передачи о малайзийских духах. Я бросаю трубку. Опять слышу звонок. Беру трубку, тот же голос говорит, чтобы я не беспокоилась, не волновала близких и что у меня это не получится, даже если я захочу. Посмотри, говорит, в окно, на улице сейчас столкнутся две машины.

Я бросаю трубку. Звоню маме. Никто не отвечает. Звоню подруге, опять тишина. Я испугалась, повключала везде свет. Пошла на кухню, нашла и выпила 10 таблеток валерьянки, флакон взяла с собой, чтобы поставить на ночной столик. В этот момент услышала с улицы звук скрипящих тормозов, а затем удара. Выглянула в окно и увидела, что, действительно, столкнулись две машины. Вернулась в спальню, легла и уснула.

Когда утром проснулась, на моем столике стоял флакон с валерьянкой, как я его оставила ночью. Я по сей день не могу понять, что все это значит, был ли это сон. Мне кажется, что все происходило в реальности... Мне снится, что я засыпаю и мне снится сон, будто я умерла. Проснулась я с ощущением, будто я ожила... Я засыпаю и просыпаюсь в обратном порядке. С вечера мне снится, что я засыпаю и вижу сон во сне.

И так три раза. Под утро происходит все наоборот: мне снится, что я проснулся в другом сне. И так тоже бывает три раза». В таких снах, как и в сновидениях с мнимым пробуждением, некоторые пациенты отчетливо осознают факт актуального сновидения. Другие начинают понимать это после пробуждения, а часть пациентов не осознает этого даже спустя несколько лет. Совершенно очевидно, что нельзя расценивать такие сны только как проявление гипоаутогнозии. В них наряду с утратой чувства сна переживаются чувство сна в сновидении (дереализация?), ощущение реальности сновидения (апперсонализация), осознание факта сновидения (деперсонализация, по крайней мере, в некоторых случаях).

Нередко встречаются сновидения с переживанием деперсонализации, представленной как в образах сна, так и в самовосприятии: «Вижу во сне свою кухню, но воспринимаю ее так, будто она не моя, а какая-то чужая, незнакомая... Снятся мой дом, моя улица, школа, школьный двор. Но все это какое-то не такое, все как-то странно, неуловимо изменилось, вроде стало незнакомым... Снятся кошмары меня преследуют, мне угрожают, за мной гоняются. А я знаю, что ничего мне не будет, опасности меня вроде бы не касаются, я воспринимаю их как бы со стороны. Но просыпаюсь тем не менее в страхе... Во сне я всегда понимаю, что мне снится сон.

Я смотрю его так, будто мне показывают запись на телевидении. Я в таких снах не участвую, чувствую себя посторонним наблюдателем... Часто снится, будто я хожу по улицам совершенно незнакомого мне города. Я плутаю, не знаю, куда надо идти. В то же время знаю, что нахожусь в Питере в тех местах, которые мне знакомы. А у меня чувство, что я зашла в город с другой стороны... Часто мучают кошмары, будто за мной гонится что-то ужасное и потустороннее.

Я понимаю, что такого в жизни не бывает... Вижу сон, понимаю, что это сон, но ощущение такое, будто это не я вижу, а кто-то другой... Воспринимаю сон как что-то постороннее для меня, я в нем не участник, а зритель... Вижу сны отстраненно, как бы со стороны... Смотрю сон так, будто бы мне его показывают... У меня бывают сны, в которых я участвую, переживаю, действую, а бывают и такие, которые я смотрю как зритель, со стороны, меня они не касаются...

В сновидениях я чувствую, что мое сознание вселяется в другого человека, и сон я вижу как бы чужими глазами. Однажды мое сознание вселилось в одного молодого человека, который шагал по изрытой гейзерами земле. А днем я нередко чувствую, что в меня вселяется сознание других людей, которые находятся в другом времени и в каком-то ином пространстве. Так, бывает, что мне показывают людей XXIV столетия...

Во сне я чувствую себя совсем другим человеком, чем наяву. Как будто это не я, а кто-то вместо меня... Не так давно мне подарили сон... Какая-то сила меня усыпляет, будит среди ночи, показывает кошмары, в таких снах надо мной будто издевается кто... Вижу во сне разных людей и самого себя.

Только люди снятся обычными, большими и находящимися рядом, а я — маленьким и удаленным... Меня заставляют спать, нагоняют дрему, а по ночам закачивают сновидения... Снилось, что меня убивали, было страшно, но не как за себя, а будто за кого другого... Вижу сны, как мультики, и при этом думаю, ну почему такого не бывает в реальности... Вижу сны, но себя я ощущаю при этом где-то вверху или в стороне... Смотрю сны как в кино, где я зритель.

Такие сны бывают по две серии за ночь... Перед пробуждением, когда я уже не сплю, а нахожусь в дремоте, мне показывают сны, что будет, если я не перестану пить. Показывают картинки, как я понимаю, ада. Или показывают, что будет, если я перестану пить. Тогда это другие картинки, они изображают сцены рая... Я всегда понимаю, что вижу сон, даже если я в нем что-то делаю. Я в любом случае нахожусь как бы за рамками сновидения...

Часто во сне я чувствую, что незримо присутствую в том, что мне снится. А иногда и вижу себя среди людей... Во сне я иногда вижу сама себя очень красивой, худой и высокой. И чувствую, что я как бы нахожусь в этой женщине. А вчера на релаксации задремала и видела маму и рядом с ней себя ребенком, видела как на фото или по телевизору... Снилось, что муж уехал в командировку. Он действительно позавчера улетел в Москву. Во сне мне казалось, что он уехал очень давно и с тех пор не возвращался».

Помимо отчетливых переживаний отчуждения, идентичных таковым в бодрственном состоянии пациентов, с деперсонализацией, по-видимому, связано и осознавание факта сновидения. В основном это касается снов, когда ощущается оторванность сновидения от Я индивида. Сновидение воспринимается при этом как бы в стороне, как кино, фильм по телевизору, как некое действие, в котором спящий не принимает никакого участия. Отметим, что в некоторых иллюстрациях деперсонализация в сновидении переживается пациентами и как ощущение «никогда не виденного». Особенно заметно это в стереотипных сновидениях. Сколько бы раз ни повторялся один и тот же сон, пациенты воспринимают его как новый, увиденный впервые. В отдельных сновидениях с переживанием деперсонализации выявляются также псевдореминисценции с ощущением удаленности во времени недавних событий.

С деперсонализацией, вероятно, связаны и сновидения с переживанием инсценировки сюжетов сна, сны с симптомами Капгра и Фреголи, а также сновидения, в которых происходит превращение одних образов сна в другие: «В начальных классах школы, затем через восемь, а потом спустя пять лет мне снился такой сон. Я еще маленькая, хожу в детский садик. Долго не приходят за мной родители, я стою у двери и жду их. В это время за другими детьми приходят их родители.

Но все они в масках, и сон мне снится как маскарад. Я не могу никого из взрослых узнать, не могу и отгадать, есть ли среди них мои родители. Тут подходит ко мне знакомый мальчик из нашей группы и вдруг на моих глазах превращается в собаку. Во втором и третьем снах я все это видела как со стороны, откуда-то сверху... Снится, что бежит собака. Она превращается в кошку, а потом в леопарда... Снится, что в лесу за мной гонится мужчина. Догоняет и превращается в медведя. Ноги отказывают, страшно, он вот-вот меня задерет... Мне снится иногда один и тот же человек, но предстает он мне в разных обликах...

Видел во сне отца спустя 15 лет после его смерти. Он стоит передо мной метрах в 10 как живой, но не двигается, только смотрит на меня. Потом он превращается вдруг в облако. Облако поднимается вверх и испаряется... Снится, что мы с отцом и братом ходим по участку дачи. Отец и говорит: надо машину выгнать на дорогу. Машина оказывается почему-то на чужом участке. Она вся разбитая и совсем другой модели. Это не моя машина, но чувство такое, что она моя. И отец как бы не мой отец, только похож на него. Одновременно понимаю, что такого не может быть, не верю. Сажусь за руль, завожу.

Смотрю на дом, он кажется мне далеко, метрах в 300. Но я отчетливо вижу и дом, и людей вокруг него так, будто они находятся рядом. Меня удивляет, как это я могу видеть так хорошо на столь большом отдалении... В детстве видел себя во сне в облике нарисованного человека, совсем на себя непохожего. Я видел, что сижу в бочке и все вижу через ее стенки. Я чувствовал, что и в бочке сижу, и наблюдаю за этим со стороны...

Снится, что ко мне приехали друзья. Наладили стол, уселись, разговариваем, едим, пьем. Вдруг рядом со мной появляется кошка с голым влажным животом. Я беру ее на руки, прижимаю к себе, глажу. И тут она заговорила детским, высоким и вибрирующим голосом, шедшим откуда-то изнутри ее. Я удивился, погладил ее опять. Она опять заговорила. Обращается ко мне и меня жалеет. Все было как в реальности...

Снится, что я сижу в кинотеатре и смотрю фильм. Рядом сидит незнакомый мне мужчина. Я вижу его боковым зрением. Вдруг он превращается в вампира и впивается мне в шею. Страха нет, я понимаю, что это сон... Мне часто снится умерший отец. Обычно я узнаю его облик в других людях... Иногда снюсь себе в теле другого человека. Например, в облике монашки. Та резко выделяется на фоне других людей. Я вижу ее в стороне и чувствую, что она — мой антипод... Снится, что меня преследуют разные люди. Но затем я замечаю, что преследует меня один человек. Он меняет облик, но я узнаю его по походке».

Приведем еще одно описание «необычного» сна пациента. Этот сон с разными нарушениями, завершается же он странными метаморфозами образов сновидения, включающими, в частности, и симптом отрицательного двойника. Курсивом отметим некоторые болезненные детали сновидения. «В августе этого года, после 9 дней Наташе (умершей жене) мне снится сон. Я ночью оказываюсь на кладбище, вокруг — черные люди в капюшонах, прозрачные, прозрачный черный священник с большим золотым крестом на мощной груди. Он машет кадилом, читает молитву. Мы опускаем гроб с Наташей в могилу.

Кто-то за спиной переговаривается: «Пришлось подхоронивать. — Как это? — Ну, в этой могиле ниже еще гроб есть. — А почему другого места не выбрали? — Не знали. Вырыли могилу, а там гроб. Перерывать уже времени нет». Я слышу это, но мне все равно. Я прихожу в свой дом, ложусь на кровать. Дом одноэтажный, с плоской крышей, с внутренним двориком (нарисован план дома с расположением прилежащих к нему улиц). Везде ночь, во внутреннем дворике день. Я лежу на кровати, входят два черных прозрачных человека и говорят: «Надо перезахоронить, дело в том, что в могиле нашли еще три трупа: два детских, один взрослый».

Я говорю, что мне все равно, делайте, что надо делать. Двое уходят. Появляются другие, они колонной проходят мимо меня на кровати во внутренний дворик, потом шестеро проносят гроб через комнату, дворик и ставят на нары в дальнюю комнату. Стоят некоторое время во дворике, тихо переговариваясь. Потом один из прозрачных подходит ко мне на кровати и говорит: «Надо, чтобы гроб простоял здесь сутки». Ладно. Мне все равно. Все уходят.

Я лежу некоторое время — смотрю в ночное окно. Возникает щемящее желание посмотреть на Наташу — может, меня обманули и она жива? Я выхожу во дворик, где яркий день режет глаза, иду в дальнюю комнату. В гробу Наташи нет. Саван затвердел в форме ее тела. Дверь из комнаты на другую улицу открыта в ночь. Мне очень обидно, что я не могу увидеть Наташу. Я выхожу во дворик, поднимаюсь на ступеньки к колоннаде, оглядываюсь. С улицы забегает собака с Наташиной головой, она подбегает к гробу, смотрит на меня, выбегает во дворик, прячется за стулом, накрытым шелком, выглядывает из-за него одним глазом, внимательно смотрит на меня, скрывается за стулом. Потом, выпрямляясь, встает из-за стула Наташа в белой одежде до пят. «Ну что? Ты же ждал меня. Давай обнимемся и поцелуемся».

Я вдруг понимаю, что у этой женщины не Наташино лицо, и вроде все это — не Наташа. А женщина уже обнимает меня и хочет поцеловать. Мне страшно. Я кричу: «Нет, нет, нет!» и с трудом просыпаюсь с этим криком». Этот сон в своем финале — кошмар, плохо соотносящийся со скорбной ситуацией. В нем, исключая его окончание, почти нет упоминания о других эмоциях. Траурное чувство представлено в отчужденной форме — в черных одеяниях многочисленных персонажей сна. Некоторые персонажи прозрачны — вероятно, это указание на их причастность к потустороннему миру.

Последний занимает почти все пространство сна — кругом царит ночь, и только внутренний дворик освещает свет солнечного дня. Сам пациент помещает себя в ночи, жизнь ему, похоже, не дорога. Детализация сновидных переживаний как бы подчеркивает их особое значение для пациента. Он на момент сновидения все еще не принял смерть жены, он надеется, что она, быть может, еще жива, — другое указание на деперсонализацию. Видение собаки с головой умершей совершенно не согласуется с переживанием горя, оно как бы указывает на инверсию эмоций. В бодрственном состоянии у пациента выявляется подавленное настроение с преобладанием апатии, адинамии, астении. Бывает тревога, он связывает ее с тем, что перестал видеть умершую жену во сне. Говорит, кроме того, что последние два года его беспокоят «проблемы половины жизни», а также мрачные воспоминания о первом, неудачном браке. В прошлом отмечает у себя подъемы настроения, особенно вечерами. Временами чувствует, что «мозги как горят, в мозгах горячо».

Снижена работоспособность, бывают забывчивость, рассеянность, ощущение неясности в мыслях. Часто видит сны «с полным ощущением реальности», серийные сны, стереотипные сны, пролонгированные сны, кошмары, реже — «счастливые сны с ощущением очищения». Иногда снятся сны «с абсурдной проблематикой, абсурдными персонажами, перелетами из одного сна в другой». В аутоскопических сновидениях воспринимает себя сверху и «с затылка». Считает, что некоторые сновидения предвосхищают какие-то события, другие являются как бы архетипическими, воспоминаниями опыта живших прежде него людей.

Деперсонализация может проявляться в сновидениях и так, что умершие люди снятся живыми. Это напоминает траурные реакции, во время которых пациент не может принять смерть близкого человека: «Снилось, что мне позвонили по телефону. Беру трубку, слышу голос умершего около года назад родственника. Он говорит ясным, громким голосом. Я спрашиваю, откуда он звонит. Он посмеивается и говорит, будто он живой, а похоронили по ошибке другого человека... На другую ночь приснился муж как живой. Заходит в дом, торопится, громко говорит, чтобы мы все быстро собирались, срочно надо куда-то ехать.

Мне страшно, я говорю, что никуда мы с ним не поедем. После этих снов мне стало не по себе, к чему, думаю, такое снится... После смерти отца полгода почти каждую ночь я видела его во сне живым. Только один или два раза я понимала, что в живых его нет... Мне часто снится умершая жена. Снится как живая, во сне я не осознаю, что ее уже нет. Иногда она говорит мне, что не умирала, это была шутка... Во сне я танцевала с умершим дядей. Он был как живой. Мы кружились, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, пока не превратились в подобие вихря... У меня один за другим умерли бабушка, отец и мама, убили друга.

Я не могу поверить в это, мне кажется, что все это приснилось в кошмарном сне и что они живы. Я надеюсь, что они вот-вот придут, а если я поеду к бабушке, она меня встретит как всегда. Живыми я вижу их и во сне... Снятся умершие мать и первый муж. Я ругаю их, зачем они, мертвые, ко мне приходят. Снится и второй муж, умер недавно и он. Он снится живым. Он приходит, обнимает меня, целует, у меня появляется чувство любви. Потом он стал приходить все чаще и чаще. Меня это стало пугать, и я начала говорить ему: ты же умер, снишься мне, не ходи больше... Снится умерший ребенок, он как живой. А я боюсь проснуться. Проснусь, думаю, а его нет».