Размытие границ времени. Ощущение уже пережитого

Встречается нарушение, при котором стираются грани времени. Прошлое, настоящее и будущее становятся в сознании пациентов одинаковыми категориями, они существуют для них как бы одновременно или, точнее, прошедшее время и будущее время воспринимаются ими одинаково актуальными с настоящим временем. «Представьте, — поясняет пациент, — что вы читаете книгу. То, что вы прочли, — это прошлое, что будете читать — это будущее, что читаете — настоящее. Но книга-то одна, и она лежит перед вами. Вот так же и время — в нем можно перемещаться в любом направлении прямо сейчас».

В данном случае существо расстройства сводится, полагаем, к тому, что мысленные образы прошлого и будущего воспринимаются пациентами как эквивалентные текущим реальным впечатлениям. Аналогичным является такое же нарушение пространственных отношений. Один из уфологов так объясняет в телепередаче относительность пространства. Он показывает на листе бумаги две точки и говорит, что эти точки могут находиться на противоположных краях Вселенной.

Размытие границ времени может являться симптомом серьезного психического заболевания. Диагностировать его поможет клинический психолог

Для обычного понимания пространства это означает, что перелет от одной точки к другой даже со скоростью света займет слишком много времени. Но если согнуть лист бумаги и сблизить вплотную эти точки, то окажется, что этот перелет окажется вполне реальным, не будет при этом никаких проблем и со временем. Действительно, для этого нужно совсем немногое: принять фантазию за реальность.


К проявлениям апперсонализации примыкает, полагаем, и группа таких симптомов, в центре которых находится чувство уже пережитое: deja entendu (eprovu, fait, pense, raconte, voulu, vu) — уже слышанное или воспринятое (уже испытанное, уже сделанное, уже «бывших мыслей», уже рассказанное, уже «бывшее желанным», уже виденное). Например:

«Решаю задачу по математике и чувствую, что делаю это повторно, когда-то я уже делал то же самое... На свадьбе возникло чувство, будто я уже выходила замуж и когда-то давно была точно такая же свадьба... Вижу сон с ощущением, что я уже видел его. Просыпаюсь и понимаю, что видел его впервые... Кашляю, и такое чувство, что так же я уже кашлял когда-то раньше». Одни пациенты при описании данного феномена делают акцент на рецепторной его составляющей («видел», «слышал», «воспринимал»), другие — на внутренних ощущениях («делал», «чувствовал», «читал», «думал», «вспоминал», «хотел»).

И.С.Сумбаев предпочитает поэтому термин deja vecu — «уже пережито» или «уже испытано» — как наиболее точно передающий феноменологию страдания. В немецкой литературе со времен Э.Крепелина указанные симптомы обозначаются как феномены идентифицирующих обманов памяти или парамнезий. В.П.Осипов называет их «ложными отождествлениями».

И.С.Сумбаев подчеркивает, что данному феномену свойственны такие особенности:

  1. он появляется только в отношении новых впечатлений; что касается привычных впечатлений, то последние могут восприниматься с ощущением их нереальности;
  2. возникает внезапно, но тем не менее плавно или так же внезапно исчезает;
  3. мнимое воспоминание существует одновременно с восприятием текущих впечатлений и чаще всего с той же их последовательностью;
  4. это параллельное воспоминание затрагивает воспринимаемое полностью, во всех деталях либо какую-то их часть;
  5. ложное воспоминание локализуется пациентами в неопределенном, часто весьма отдаленном прошлом или в прошлом вообще, так что они никогда не могут сказать, к какому конкретно времени это воспоминание относится;
  6. иллюзия повторяемости сопровождается абсолютной уверенностью в том, что актуальное событие или переживание имело место в прошлом и в данный момент только повторяется.

Достаточно часто «уже виденное» встречается у здоровых индивидов. («Никогда не виденное», между прочим, как у здоровых людей, так и у пациентов наблюдается на порядок реже. Если «уже виденное» действительно связано с апперсонализацией, то это является косвенным свидетельством того, что данное нарушение самовосприятия более распространено или чаще замечается пациентами, нежели деперсонализация.) «Уже виденное» в норме выглядит как редкое, мимолетное переживание, сопровождающееся легкой растерянностью, обычно без полной уверенности в реальности настоящего в прошлом. В такой форме оно зачастую бывает и у пациентов; оценивать его в подобных случаях как безусловное проявление патологии, по-видимому, не следует.

Явно болезненные варианты данного феномена характеризуются рядом признаков:

  1. значительной продолжительностью; в некоторых случаях болезненный эпизод может длиться несколько часов;
  2. абсолютной уверенностью в том, что актуальное событие или переживание в настоящее время только повторяется;
  3. чувство воспоминания актуального события или переживания связано только с объектами пассивного внимания; восприятие объектов в зоне произвольного внимания ложным воспоминанием обычно не сопровождается и
  4. наличием каких-то дополнительных нарушений. В числе последних могут быть такие:
  • «Воспоминание» настоящего может быть неоднократным, наподобие эхомнезии: например, за очень короткое время, где-то в пределах одной-двух секунд, оно повторяется до 3–4 раз.
  • Ощущение «уже пережитое» кажется пациенту многократным. Например, пациент ясно чувствует, что этого незнакомого человека или этот неизвестный ранее объект он уже воспринимал ранее несколько раз.
  • Пациент может почувствовать, что повторение настоящего относится не к прошлому времени, а к будущему; ему кажется или он уверен, что оно уже существует в будущем, он видел и знает это, например, из своих снов.
  • Пациент может считать, что параллельное воспоминание настоящего относится к другому человеку: тот, другой уже видел или переживал происходящее в данный момент.
  • Отставленное или отстающее от реально происходящего на некоторое время ощущение повторения настоящего в прошлом, например на несколько секунд или минут после того, как пациент непроизвольно вспомнит или ему по ассоциации припомнится недавно воспринятое или пережитое.
  • Нарушение последовательности в воспоминании настоящего в сравнении с тем, как данный момент воспринимается в действительности; например, предыдущие фрагменты воспринимаемого или переживаемого перемещаются на место последующих.
  • Наличие разного рода болезненных толкований феномена. Например, пациент считает, что повторяемое относится к «прошлой» его жизни или что оно «специально подстроено»; другой пациент считает, что эпизоды «уже пережитого» — «это не к добру», хотя его примета не подтвердилась ни разу.
  • Сочетание с такими нарушениями, как дереализация, криптомнезия, обманы восприятия, деперсонализация (например, «точно такой же голос я когда-то слышал раньше», «голос говорит, что он это уже слышал», «было раньше, но так, будто я оставалась в стороне и это меня не касалось», «такое было когда-то, но казалось нереальным, как приснилось», «меня заставили вспомнить, будто я видел это раньше», «бывало чувство, что я это уже когда-то видела, слышала, делала, то же читала. И в это время я как бы наблюдала за собой со стороны. Неужели, думаю, это была моя вторая жизнь?» и др.); отождествление «уже пережитого» с прошлой жизнью может иметь важные последствия. Так, больная с суицидными тенденциями не желает их реализовать, она не видит в этом никакого смысла, так как считает, что ее ждут очередное перерождение и новая жизнь, которая, по ее мнению, окажется еще более тяжелой. Иногда расстройство проявляется по отношению к сновидениям: во сне пациент чувствует, что он уже видел то же самое когда-то давно, во сне или в реальной жизни.
  • Восприятие «уже пережитого» является не плавным, непрерывным, а воспринимается как протекающее с изменением ритма, темпа, с какими-то толчками и выпадениями.
  • Необычный характер «уже пережитого». Например, больная говорит, что в незнакомых людях она воспринимает образы каких-то людей так, будто она видела их раньше и они ей знакомы.
  • Сочетание «уже пережитого» с болезненным предвосхищением. Так, пациент наряду с ощущением ранее пережитого чувствует, что он пережил также и то, что последует далее.

Феномен «уже пережитого» необходимо отличать не только от «нормального», как бы мимолетного его варианта, но и от другого расстройства. Сравним два высказывания пациентов. В одном из них больной сообщает, что, услышав, как кто-то рассказывает о своем сновидении, он почувствовал, что такой рассказ он уже когда-то слышал и воспринимает его повторно. В другом наблюдении больной сообщает о таком же рассказе. Но он вдруг вспоминает, что точно такое же сновидение было и у него месяц назад. В первом случае следует, очевидно, констатировать факт «уже виденного». Во втором речь идет о другом симптоме.

Приведем наблюдение И.С.Сумбаева. «Временами пациент переживает такое чувство, что те или другие воспринимаемые новые и незнакомые явления как бы имели место в его прошлом... В начале заболевания «уже пережито» характеризовалось большой длительностью, развертываясь непрерывно на протяжении ряда часов. Больному казалось, что дело идет о фактическом «повторении» действительности, что, по его мнению, достигалось или при помощи дорогостоящей подделки последней, или благодаря воздействию на его организм при помощи магических сил. Постепенно, по мере ослабления остроты психотических явлений... из непрерывной цепи «уже пережито» стали выпадать те или другие звенья, в результате чего остались только как бы отдельные фрагменты ранее единой картины...

В этот же период (больной) убедился в ее болезненной природе... (Он) стал испытывать чувство «уже пережито» не в момент восприятия того или другого явления, а спустя некоторое время; такое запаздывание возникновения «уже пережито» сначала равнялось 5–10 минутам, а в дальнейшем достигло 2,5 часа. Иногда в течение 5–10 секунд после восприятия тех или других объектов (пациент) испытывал колебание: возникла ли у него иллюзия «уже пережито» или нет, настолько переживалось им неопределенно и противоречиво в смысле отнесения перцептируемого к настоящему или к прошлому... (пациент был) не в состоянии установить определенный момент времени, когда воспринимаемое могло иметь место в прошлом... Обычные жизненные действия... никогда не становятся объектом «уже пережито»...

Нередко при этом возникает ощущение, что предметы как бы не совсем реальны, и он вынужден ощупывать их руками, чтобы убедиться в достоверности их существования. В отдельные моменты (пациент) даже сомневался в собственном существовании. Иногда привычная обстановка, знакомые лица и т. д. оказывались в состоянии прекратить уже возникший феномен «уже пережито». Чаще объектом «уже пережито» у этого пациента были зрительные впечатления, реже — слуховые, сказанное им самим, совершаемые им действия, чтение, чувства, мысли, воспоминания. В подавленном настроении у него возникало чувство замедления течения времени.

Иногда у пациента возникал такой вариант данного феномена, когда переживания менялись местами в их последовательности. Например, пациент видел, как делают в/в вливание. В ощущении «уже пережито» сначала возникало представление о появившейся крови, а уж затем — самой процедуры попадания иглой в вену. По данным катамнеза, пациент решил, что его самонаблюдения феномена «уже пережито» представляют большую научную ценность. Он написал работу, пытался ее опубликовать. В текст работы среди прочего были включены объяснения врачей по поводу возможных причин этого феномена. Пациент был уверен, что это его собственные мысли, а врачи хотят присвоить их себе. Склонность присваивать себе чужие мысли, воспринимать их как свои собственные не является, как подчеркивают многие авторы, плагиатом, это криптомнезия».

Еще одна иллюстрация расстройства, внешне очень похожего на «уже пережитое». Больная шизофренией сообщает, что с детства и на протяжении ряда лет все воспринимаемое в настоящее время казалось ей знакомым, увиденным и пережитым когда-то ранее. Особенно отчетливым было это ощущение при чтении. У нее не было ощущения, будто она уже читала это ранее. Она чувствовала, что события, о которых она читала, являются частью ее личного опыта. Читая школьные учебники, она «вспоминала», что своими глазами видела динозавров, бои гладиаторов, была свидетельницей сооружения египетских пирамид, очевидицей крестовых походов, присутствовала на рыцарских поединках и т. д. Более того, она воочию видела, как из туманности возникла Земля, как зарождалась на ней жизнь. «Я чувствовала, что знала все это всегда и вспоминала это так ясно и с такими подробностями, будто случилось это совсем недавно, как вчера. Книги только помогали мне вспомнить пережитое, в них я не узнавала ничего нового для себя.

Я поняла, что моя душа существовала вечно или что во мне заключена мировая душа, она останется и после меня». Существует ряд гипотез о происхождении феномена «уже пережитое». Некоторые гипотезы основаны на тех известных фактах, которые показывают, что расстройство возникает в связи с очаговыми повреждениями головного мозга. Установлено, например, что «уже пережитое» наблюдается в случаях поражения височно-теменной доли, ствола мозга и мозжечка, мозолистого тела. Из этого, однако, не вытекает, что данный феномен является симптомом локального органического повреждения головного мозга.

Другие гипотезы так или иначе сосредоточены на роли прошлого опыта в развитии нарушения. Так, У.Джемс, изучая «уже пережитое» на себе, приходит к заключению, что «оно представляет всецело неясное припоминание, в котором одни элементы возобновились перед сознанием, а другие нет». Э.Крепелин, В.П.Осипов считают, что при «уже пережитом» текущие впечатления вызывают неясное впечатление о прошлом, причем образ воспоминания нарастает, тогда как текущее впечатление медленно угасает. З.Фрейд полагает, что текущее переживание как бы завершает те подсознательные желания, которые ранее не могли реализоваться.

Ряд гипотез важную роль отводит интрапсихическим процессам, например эмоциям, интеллекту, вниманию. Так, П.Жане причисляет нарушение к расстройствам, при которых в первую очередь страдает функция настоящего, чувство реального — способность к активному вниманию. Поскольку, предполагает П.Жане, функция реального ослаблена, пациенту не удается вполне схватить то, что совершается, он не может сказать с уверенностью, является ли это настоящим, прошлым или даже будущим.

По Бергсону, «уже пережитое» есть воспоминание в данный момент данного же момента — это «воспоминание настоящего», возникшее одновременно с восприятием настоящего. Тем самым обращается внимание на то, что в сознании пациента одновременно и синхронно протекают два процесса: реального восприятия и мнимого воспоминания. А.С.Шмарьян подчеркивает тесную связь нарушения со сновидно-деперсонализационным расстройством сознания, возникающим при поражении теменно-височных структур головного мозга.

И.С.Сумбаев указывает, что «уже пережитое» возникает при определенных условиях, таких как дезинтеграция сознания, снижение чувства реального, ослабление активного внимания и др. В этих условиях происходит такое замедление апперцепции актуального представления, что оно до проникновения в сознание превращается в «юное воспоминание», еще тесно связанное с актом восприятия.

Основываясь на психопатологии «уже пережитого», упомянутых гипотезах и вышесказанном о нарушениях самовосприятия, выскажем следующее предположение. Ключевыми моментами в феноменологии «уже пережитого» являются, полагаем, такие:

  1. наличие двух одновременных потоков переживаний: один из них связан с восприятием, другой — с представлением прошлого;
  2. наличие деперсонализации в том, что называют «воспоминанием настоящего». В действительности наблюдается не акт репродукции, а отчуждение наглядных образов, отдаление их от настоящего куда-то в прошлое, отчего в глазах пациентов они превращаются в «воспоминания»;
  3. наличие апперсонализации в виде уверенности пациентов в том, что мнимые воспоминания актуальных впечатлений являются отражением реальных событий прошлого. Поэтому пациенты делают вывод, что воспринимаемое в данное время лишь повторяется с фотографической точностью, оно есть не более, чем эхо прошлого.

Если сказанное верно, то из него следует, что данный феномен является производным ряда нарушений самовосприятия. Во-первых, это диссоциация Я на две субличности. То обстоятельство, что пациент этого не осознает, не означает ничего кроме того, что расщепление Я носит в значительной степени неосознаваемый характер. На факт диссоциации определенно указывают два параллельных потока переживаний, как бы по одному в каждой субличности: в одной это восприятие настоящего, в другой как бы воспоминание настоящего.

Во-вторых, это деперсонализация в виде отчуждения одного из потоков переживания. Именно он воспринимается пациентами как некое воспоминание, локализованное в несуществующем прошлом.

В-третьих, это апперсонализация в виде твердой уверенности пациентов в том, что фантом и есть сама реальность, что им вспоминается что-то происшедшее на самом деле, а актуальное событие есть только повторение того прошлого. Эта уверенность явно диссонирует с тем, что пациенты не знают, когда состоялось мнимое событие.

Это предположение не объясняет, однако, следующих особенностей «уже пережитого»:

  1. наличия четкого разграничения двух одинаково реальных потоков переживаний, из которых один является как бы дубликатом другого; в случаях диссоциации Я такого обычно не наблюдается;
  2. наличия одновременно двух противоположных процессов: отчуждения и присвоения. В случае диссоциации Я это должно бы переживаться как раздвоенность Я на полярные субличности, как амбивалентность, например на Я-настоящее и Я-прошлое; о таком переживании пациенты с «уже пережитым», как правило, не сообщают;
  3. главное возражение состоит в том, что актуальное чувство Я и чувство Я, относящееся к далекому прошлому, идентичны, пациенты их не различают.

Речь, таким образом, идет не о собственно расщеплении, а как бы об удвоении чувства Я. В связи с этим полагаем, что «уже пережитое» — проявление другого нарушения самовосприятия, которое будет описано далее. Что касается формальной стороны дела, то «уже пережитое» более тяготеет к ауто-, а «уже воспринятое» — к аллопсихической сфере.