Отдельные виды галлюцинаций

Приведем описание ряда галлюцинаций, выделенных по этиопатогенетическому принципу, т. е. по признакам, указывающим на причины и условия их развития, в меньшей степени — на психопатологические особенности.

1. Функциональные галлюцинации развиваются одновременно и в параллели с адекватным восприятием реальных объектов. Модальность мнимых образов большей частью совпадает с модальностью наглядных образов. Встречаются или, пожалуй, чаще идентифицируются акустические и оптические функциональные галлюцинации. Акустические функциональные обманы Кальбаума (1866) — это восприятие дополнительных звуков, обычно речевых образов, конфигурация которых подобна таковой у реальных слуховых образов. Например, в такт тиканью стенных часов больной слышит такие слова: «Оденься, разденься, оденься, разденься». В поезде под стук колес пациенту отчетливо слышится: «Кто ты, что ты, кто ты, что ты...» Или: «Вот пуля пролетела, и ага, вот пуля пролетела, и ага...» Последний пациент из-за этого прекратил ездить поездом, несколько лет летает только на самолете. Оптические функциональные галлюцинации — это восприятие какого-то мнимого образа, дополнительного к реальному наглядному образу. Дополнительный образ, как и наглядный, бывает как двумерным, плоским, так и трехмерным, объемным. Например, больная смотрит на солнце и видит как солнечный диск, так и «мордочку медвежонка с глазами, носом и двумя ушами».

Наиболее часто галлюцинации свидетельствуют о наличии психоза, в том числе, шизофрении

Функциональными являются, по-видимому, дополнительные галлюцинации, возникающие в иной, нежели стимул, модальности или имеющие иную проекцию и локализацию. Так, В.А.Гиляровский (1938) описал феномен, в котором пациент одновременно с восприятием реальной речи, пения, музыки слышал то же самое также в груди, животе, голове. Одновременно с реальной акустической или оптической стимуляцией могут возникать тактильные или зрительные галлюцинации, не конгруэнтные стимулам. А.Крамер (1889) описал рефлекторные кинестетические галлюцинации: пациент слышит чью-то реальную речь и одновременно с этим чувствует непроизвольные движения своего артикуляционного аппарата, как бы повторяющего эту речь. М.И.Рыбальский в качестве рефлекторных описал синестезические галлюцинации: при вспышке света пациент слышит мнимый голос, а при восприятии музыки видит мнимый образ женщины.

Вероятно, в основе развития функциональных (дифференцированных) галлюцинаций лежат те же механизмы, что и при синестезии. Такие обманы восприятия, как и многие другие, могут быть проявлением бреда либо сопровождаться бредовыми интерпретациями.

2. Рефлекторные галлюцинации (Кальбаума, 1886) — галлюцинаторная имитация реального стимула в иной модальности ощущения. Так, больная сообщает: «Слышу стук, кашель, скрип двери — и то же самое отдается в груди: будто там стукнуло, скрипнуло, кашлянуло». Другая больная говорит: «Щелкаю выключателем, и в голове у меня будто щелкает что. Или крикнет кто, а в голове слышится как бы отзвук». Часто галлюцинаторная имитация напоминает или представляет сенестопатические ощущения (подробнее об этом см. в нарушениях самовосприятия, апперсонализация). Иногда встречаются отставленные рефлекторные галлюцинации, они возникают спустя некоторое время после воздействия соответствующего стимула. Например, больная увидела разбитое стекло, а позже почувствовала, будто в ее животе находятся осколки стекла. Утром она пролила керосин, а к обеду ей показалось, будто она «вся пропитана керосином», слышала даже исходивший от нее запах керосина.

3. Гипнагогические галлюцинации (Моро де Тур, 1845; Маури, 1878) — обманы восприятия, возникающие во время засыпания в первую-вторую фазы медленного сна. Часто пациенты не вполне осознают при этом факт погружения в сон. Обманы восприятия, как они говорят, возникают в тот момент, когда они «не спят, а только закрывают глаза». Некоторые пациенты засыпают при еще открытых глазах. Как правило, пациенты уверенно отличают нормальные сновидения, а также явления образного ментизма от гипнагогических галлюцинаций. Особенно часто наблюдаются при этом зрительные, тактильные, слуховые обманы, однако могут быть двигательные и иные галлюцинации.

Несколько примеров. Больная рассказывает, что однажды, едва она вошла в кабинет врача, из нее «вырвался фонтан крови, так что кровью забрызгало пол и стены кабинета». Выяснилось, однако, что в это время она «прилегла вздремнуть», но еще «не спала». Пациент сообщил, что вечером лег в постель и увидел, что дверь в его дом отворилась. Вошли несколько знакомых, принесли водки. Сели за стол, в том числе и он, все пили, о чем-то говорили. Все это длилось, по его словам, несколько часов. Проснувшись утром, он долго не мог понять, что, собственно, произошло.

Появление любого вида галлюцинаций требует срочной психиатрической помощи

Другой пациент, засыпая, почувствовал, что его жена вся покрыта шерстью. Он тут же проснулся и понял, что это ему показалось. Больная «закрыла глаза и увидела над своей головой веничек, он помахивал, как колокольчик». Другая больная увидела «дверь, такую же, как в старинном замке. В голове пустота, никаких мыслей, все сознание было заполнено этой дверью». Еще одна больная «перед сном увидела бассейн, ступеньки в него, вместо воды там песок. Я иду по песку, дохожу до середины бассейна, а там песок осыпается, как в воронку. Меня затянуло по самую шею. Подумала: как это люди купаются тут, ведь это опасно. За себя мне почему-то страшно не было».

Гипнагогические обманы восприятия многообразны. Приведем поэтому еще несколько наблюдений: «Закрываю глаза, не сплю еще и вдруг слышу, как открывается дверь и ктото входит в дом. Снимает сапоги и идет, шаркая по ковру, в мою сторону. Останавливается, идет дальше. Я открываю глаза — никого нет. Закрываю, опять слышатся шаги. Это, понимаю, какое-то существо. Оно подходит, ложится в постель рядом со мной, дышит. Проверяю — никого нет. Закрываю глаза и отчетливо слышу, что оно дышит рядом со мной... Только вздремну, как слышу хохот, хихиканье, чьи-то шаги. Потом слышу, что идут люди. Идут колоннами. Они перешагивают порог и тут останавливаются. И такое длится, кажется мне, часа четыре... Я еще не спала, расслабилась только. Вдруг вижу, что передо мной стоит покойник. Он смотрит на меня и улыбается. Вижу его в какой-то дымке, но вижу хорошо, различаю все детали. Потом слышу, как он говорит мне: как же это я приду туда, в твой мир, ведь я нахожусь совсем в другом мире. А я вижу и слышу его внутренними глазами и внутренними ушами».

Подобные сюжетные галлюцинаторные события выступают проявлением «сновидного бреда» — ониризма. Критическое отношение к гипнагогическим обманам восприятия нередко отсутствует даже спустя длительное время.

4. Гипнопомпические галлюцинации — обманы восприятия, возникающие во время пробуждения от сна в заключительных медленных фазах последнего. Феноменологически сходны с гипнагогическими галлюцинациями. Обманы восприятия при пробуждении от сна пациенты также отличают от нормальных сновидений; гипнопомпических явлений образного ментизма, по-видимому, не наблюдается, как и ониризма. Особенно часто такие обманы бывают связаны с состояниями паралича сна.

Некоторые аномальные сновидения обладают значительным сходством с галлюцинациями или даже идентичны последним, особенно если пациенты, просыпаясь под впечатлением последних, и ведут себя точно так же, как больные с галлюцинациями. В тех нередких случаях, когда аномальные сновидения приобретают все признаки галлюцинаций, иногда удается установить, что это происходит, вероятнее всего, во время глубокого, возможно, парадоксального сна.

5. Викарные галлюцинации (Гиляровский, 1936) — обманы восприятия в том органе чувств, который компенсирует имеющийся дефект чувствительности. Так, слепой пациент уверяет, что «застукал» неверную жену «на ощупь». Глухонемому больному кажется, что окружающие жестами «говорят» о нем что-то неприятное.

6. Гипнические галлюцинации — галлюцинации, возникающие в разных фазах сна, в том числе при засыпании и пробуждении. Часть таких обманов восприятия связана, вероятно, со сновидениями. Если это действительно так, то можно предполагать, что в большинстве случаев гипнические галлюцинации появляются в фазе быстрого сна.

7. Галлюцинации Ш.Боннэ (описаны в 1769 г.; название предложил в 1938 г. Ж. де Морсье) или «старческие галлюцинации» — обманы зрения у пациентов с патологией зрительного анализатора (катаракта, глаукома, отслойка сетчатки, травматические повреждения хрусталика, повреждения зрительных нервов, операции на глазных яблоках) (Рончевский, 1933; Гиляровский, 1949; Попов, 1941; Штернберг, 1960). Это единичные или множественные видения живых существ, обычно бесшумных и безмолвных, чаще всего подвижных и сменяющих друг друга, не имеющих какого-то личного значения, большей частью окрашенных в разные цвета и воспринимаемых с ощущением внешней их проекции.

В случаях, если сознание пациентов не нарушено, они вполне критичны к обманам своего зрения. Если же сознание нарушается, а это происходит большей частью в ночное время, понимание болезненности галлюцинаций утрачивается. Вот описание самого Ш.Боннэ галлюцинаций, наблюдавшихся у 89-летного деда французского философа: «Шарль Люлен, полный здоровья, ...при абсолютном бодрствовании, независимо от всякого впечатления извне замечает время от времени перед собой фигуры мужчин, женщин, птиц, экипажи, здания и т. д. Он видит, как эти фигуры совершают различные движения — приближаются, удаляются, убегают, величина их уменьшается и увеличивается, видения вновь возникают, он видит, как здания поднимаются на его глазах... обои квартир кажутся ему неожиданно меняющимися, они покрываются картинами, представляющими различные пейзажи... мужчины и женщины не разговаривают, и никакой звук не касается его ушей...

Но очень важно заметить, что старик не принимает свои видения... за реальность... Он не знает, в какой момент какое видение представится ему. Видения начинаются в августе, чтобы окончательно прекратиться в сентябре, за исключением «голубых платков», которые длятся до конца, «голубые платочки» маленькие..., когда он смотрит на стол, за которым ест. Они становятся большими, ...когда он смотрит на фонтан... (Они) перемещаются вместе со взглядом, тогда как люди и предметы независимы от движения глаз. Люди иногда бывают маленького роста, иногда бывают высокими. Наконец, у него бывают аутоскопические явления: его двойник, «курильщик», регулярно появляется каждое утро в тот момент, когда Люлен курит свою трубку». В своем дневнике пациент отмечает, что видения появляются, когда он стоит или сидит, они бывают у него только слева, при повороте взора вправо и при закрытых глазах исчезают.

Акустический вариант галлюцинаций Боннэ описал Е.А.Попов (1956). Такие галлюцинации возникают при различных заболеваниях, которые ведут к снижению и утрате слуха (хронические отиты, отосклероз, неврит слухового нерва, повреждение аппарата улитки и даже серные пробки). Слуховые галлюцинации отражают актуальные для пациентов переживания. Бредовых интерпретаций, как правило, не наблюдается, нередко пациенты вполне критичны к обманам слуха.

В развитии галлюцинаций Боннэ некоторую роль играет, возможно, повреждение рецепторов или их раздражение. Можно, однако, утверждать, что эта роль в лучшем случае является дополнительной, как бы патопластической или провоцирующей, но в конечном счете не она определяет факт появления галлюцинаций. Значительно более важной является роль фактора сенсорной депривации. Как показано во многих экспериментах, сенсорная депривация у всех подвергшихся опытам здоровых в психическом отношении добровольцев влечет развитие разнообразных психических нарушений, в том числе и галлюцинаций.

8. Педункулярный галлюциноз Лермитта (1922) — обманы восприятия, возникающие при органическом поражении в области мозговых ножек и четвертого желудочка мозга, которое может быть связано, в частности, с недостаточностью вертебробазиллярного кровоснабжения, черепно-мозговыми травмами. Галлюцинации возникают обычно в сумерках, в вечернее время или в предрассветные часы, при закрытых глазах. Это кратковременные зрительные обманы, которые распределены по всему полю зрения. Часто сочетаются с тактильными галлюцинациями и никогда — с акустическими. Содержанием обманов являются видения змей, птиц, животных, других зоопсий. Видения подвижны, красочны, микроскопических размеров. Эмоционально они нейтральны или даже приятны, могут вызывать реакцию любопытства, ощущения их враждебности не бывает. Мнимые образы воспринимаются на небольшом отдалении (до 1–2 метров), справа или слева и на уровне глаз, с восприятием реальных объектов они не связаны.

При ненарушенном сознании пациенты вполне критичны к обманам восприятия, однако критическое отношение может исчезать при появлении спутанного сознания. Некоторые авторы отождествляют педункулярные галлюцинации со снами «наяву» или связывают их появление с определенными фазами сна. Примеры. Пациент ближе к ночи в правом поле зрения в метре от себя видит мелких животных наподобие хомячков белого цвета, которые пробегают мимо него. Видения не сопровождаются звуками, продолжаются не более 2–3 минут. Другой пациент при пробуждении от сна, а также в сумерках видит в полуметре от своих глаз «маленьких чертей и ангелов». Видения рельефны, трехмерны, стереотипны, длятся около минуты. «Черти» видятся слева, «ангелы» — справа. Оба пациента хорошо понимают факт галлюцинации, относятся к нему спокойно.

9. Вербальный галлюциноз Плаута (1913) — гиперакузические вербальные галлюцинации, возникающие при сифилисе головного мозга. Иногда сопровождаются бредовыми интерпретациями, утратой критического отношения к обманам восприятия и нарушениями поведения. Возможно появление спутанности сознания с психомоторным возбуждением.

10. Зрительный галлюциноз ван-Богарта (1945) наблюдается при лейкоэнцефалите. Заболевание протекает с лихорадкой, сонливостью, появлением афазии, аграфии, разнообразных экстрапирамидных гиперкинезов, развитием мнестико-интеллектуального снижения, а в терминальной стадии — оглушения сознания и явлений децеребрационной ригидности. В начале заболевания наблюдаются повышенная сонливость, а также припадки нарколепсии. Галлюцинации возникают в промежутках между приступами нарколепсии. Это множественные цветные зоопсии, а также слуховые галлюцинации. К ночи могут возникать делириозные состояния с психомоторным беспокойством пациентов.

11. Хронический тактильный галлюциноз Берса-Конрада (1945) — мнимые ощущения мелких кожных паразитов, локализуемые пациентами повсеместно или в отдельных участках тела и сопровождающиеся бредовыми идеями заражения и кожных паразитов. Возникает в рамках пресенильного психоза. М.И.Рыбальский, ссылаясь на работу Л.М.Анашкиной (1976), сообщает об органическом тактильном галлюцинозе, когда пациенты ощущают присутствие на, в коже, под нею мнимых объектов (монет, кнопок, наэлектризованной одежды, тепловых лучей, спиралей, червей, насекомых и т. п.).

12. Оптико-кинестетические галлюцинации Берце (1923) — оптические обманы, когда пациентам видятся светящиеся тексты, которые «пишутся» чьей-то невидимой рукой на плоской поверхности. Описаны при алкогольном делирии. Аналогичные обманы зрения описал J.Seglas (1914). Его пациенты видели слова, тексты, написанные на стене, в пространстве, на облаках. Они могли их прочесть. Галлюцинации имели значимое для пациентов содержание.

13. Галлюцинации Пика (1909) — экстракампинные оптические обманы с некритическими видениями людей, которые проходят «сквозь стены» и потом передвигаются за ними. Сами стены при этом «изгибаются» и «смещаются». Одновременно при этом выявляются диплопия, нистагм. Расстройство описано при повреждении мозга в области дна четвертого желудочка.

14. Хронический галлюциноз Суханова (1914) — вербальный галлюциноз банального содержания, существующий на фоне прогрессирующего мнестико-интеллектуального снижения. Галлюцинации в дальнейшем могут приобретать фантастическое содержание и сопровождаться бредовыми интерпретациями. С.А.Суханов рассматривает расстройство как сборное, свойственное психозам разной и множественной этиологии, в том числе обусловленное недостаточностью кровоснабжения. Некоторые авторы считают обоснованным факт такого галлюциноза при церебральном атеросклерозе (Фрумкин, 1957; Штернберг, 1969).

15. Обонятельный галлюциноз Габека (1965) — изолированные обонятельные галлюцинации органической этиологии у пациентов старше 40 лет. Пациенты считают, что они являются источником неприятного запаха, который, полагают больные, замечают и окружающие их люди. Возникающие сенситивные идеи отношения сопровождаются подавленностью, чувством отверженности, суицидальной настроенностью пациентов. Нередко выявляются также сенестопатические ощущения, отдельные тактильные обманы.

16. Обонятельный галлюциноз Шахматова (1972) — обонятельные галлюцинации неприятного характера, воспринимаемые пациентами извне и существующие в контексте бредовых идей отравления. Типично защитное поведение пациентов, возможны акты агрессии, направленные против «отравителей». Описан при поздних функциональных психозах. Развития деменции на наблюдается.

17. Периодический галлюциноз Шредера (1926) — галлюцинации, возникающие одновременно с маниакальными и депрессивными фазами психоза, иногда принимающие форму галлюцинаторных фаз. Описан как вариант течения маниакально-депрессивного психоза. У.Х.Петерс (1977) рассматривает расстройство как близкое циклоидным психозам. Аффективно-галлюцинаторные приступы в современной номенклатуре соответствуют шизоаффективному психозу.

18. Резидуальный галлюциноз Альцгеймера (1913) — остаточные (после окончания галлюцинаторно-бредового психоза) обманы восприятия, в основном акустические. Бредовых интерпретаций не наблюдается, пациенты критичны к галлюцинациям, в поведении адекватны.

19. Галлюциноз сенестопатический рефлекторный (Кузнецов, 1968) — циклически возникающие, связанные с акустической и оптической стимуляцией тягостные сенестопатические ощущения. Типичны длительность течения, стереотипность проявлений, отсутствие бредовой интерпретации. Расстройство не характерно определенному заболеванию, чаще наблюдается при токсико-инфекционных и соматогенных психозах.

20. Галлюцинации воображения Дюпре (1905) — разновидность психогенных галлюцинаций, связанных с ситуациями длительного стресса, содержание которых обусловлено длительно вынашиваемыми в воображении идеями. Особенно легко развиваются у детей и пациентов с болезненно обостренным воображением. В формировании обманов восприятия очевидна роль нарушений самовосприятия, поскольку пациенты отождествляют воображаемое и реальное. В.А.Гиляровский называет такие галлюцинации идеогенными.

Например, пациент, болезненно остро переживающий свой физический недостаток, часто представляет себе негативную реакцию окружающих людей на свое «уродство». Ему мнится, что люди отворачиваются от него, обмениваются нелестными для него репликами, обзывают его, смеются над ним и т. д. Время от времени, особенно когда пациент бывает на улице, в окружении людей, он отчетливо слышит воображаемые им до этого обидные, уничижительные слова: «Смотрите, какой урод... Ну и урод, горбун... Какое страшилище... Настоящий Квазимодо...»

Близки к ним «параноические рефлекторные галлюцинации воображения», описанные Завилянским и соавт. (1989). Это визуализированные образы представления с отчуждением их от личности и проекцией вовне. Галлюцинации отрывочны, нестойки.

Известны, наконец, параноические галлюцинации воображения Г.К.Ушакова (1971), свойственные параноическим психопатам и пациентам с паранойяльными состояниями различного генеза. Визуализированные представления обладают при этом всеми признаками галлюцинаций. Тем не менее они отличаются фрагментарностью, нестойкостью, близостью содержания фабуле паранойяльных построений.

21. Аффектогенные галлюцинации — обманы восприятия разной модальности, возникающие в ситуации острого стресса. Содержание галлюцинаций психологически понятно, они имеют заместительный характер, как бы скрывающий тяжелую личную потерю. Длительность галлюцинаций — дни, недели. Галлюцинации относительно нестойки, в течение суток то появляются, то исчезают с восстановлением критического к ним отношения. Так, молодая женщина после смерти единственного ребенка в течение двух недель находилась в психотическом состоянии. Днем, чаще вечером она видела свою дочь, слышала ее речь, заплетала ей волосы, обнимала, целовала, собирала в школу, встречала по возвращении домой и т. п. В воображении больной все происходило точно так, будто ничего не случилось и все осталось по-прежнему.

Психогенные галлюцинации аналогичного типа встречаются и в переживаниях эндогенных пациентов. Так, больной шизофренией, жена которого неожиданно умерла, видит ее живой, слышит ее голос. Он думает, что собственными усилиями смог ее оживить. В подобных случаях также очевидна роль нарушений самовосприятия. Обозначение аффектогенных галлюцинаций истерическими мы считаем неправомерным, так как подлинное значение термина «истерия» явно перекрывается негативной оценочной его характеристикой.

22. Ассоциированные галлюцинации Сегла (1888) — обманы восприятия, возникающие в определенной, как бы логической последовательности. Так, «голос» объявляет о какомто предстоящем явлении, и оно действительно возникает, представленное в галлюцинациях разной модальности. Например, в одном из наших наблюдений «голос» говорит больному шизофренией, чтобы тот шел в туалет, там он увидит обладателя голоса в виде черта. Пациент идет в туалет и там в самом деле увидел последнего. В другой раз «голос» заставил таким же образом увидеть себя на экране телевизора в облике человека. Иногда «голос заставляет потрогать себя», и пациент ясно ощущает некое существо, покрытое шерстью. В другом наблюдении «голос колдуньи» описывает, как она выглядит. По мере этого описания пациент сначала увидел глаза, голову, туловище, руки и, наконец, колдунью целиком.

23. Комбинированные галлюцинации — комбинации галлюцинаций разной модальности, объединенные неким общим сюжетом. Одним из известных вариантов расстройства являются синестезические галлюцинации Майер-Гросса (1928). Например, больной видит мнимых людей и одновременно воспринимает мнимую их речь, видит мнимый цветок и в то же время ощущает мнимый его запах. Или делириозный пациент видит мнимую книгу, затем видит мнимый текст и будто бы читает его вслух, т. е. обнаруживает речедвигательные галлюцинации. Оказывается, это была книга по истории партии.

24. Индуцированные галлюцинации — обманы восприятия, возникающие под влиянием прямого или косвенного внешнего внушения. Известно несколько вариантов этого расстройства.

  • Симптом Липмана (1895) — при надавливании на закрытые глаза у пациентов в начале алкогольного делирия и перед его окончанием возобновляются зрительные галлюцинации, близкие по своему содержанию таковым на высоте психоза. Сам Липман, по-видимому, не применял внушение. Модификация симптома с использованием прямого внушения принадлежит другим авторам.
  • Симптом Ашаффенбурга (1912) — пациенты с алкогольным делирием, если их попросить поднести к уху отключенную от сети телефонную трубку, могут услышать речь мнимого абонента и завязать с ним оживленный диалог.
  • Симптом Рейхардта и Ригера (1906) — пациенты с алкогольным психозом, если их попросить прочесть написанное на чистом листе бумаги, могут увидеть мнимый текст и читать его вслух. Они же могут увидеть на этом листе какие-нибудь картинки, если соответствующим образом изменить формулу внушения.
  • Симптом Пуркинье — при надавливании на закрытые глаза пациенту с алкогольным делирием он может увидеть яркие красочные фотопсии.
  • Симптом Бехтерева (1897) — по выходе пациента из алкогольного делирия, когда симптом Липмана уже не вызывается, легкое надавливание на веки его закрытых глаз и внушение какого-нибудь видения в определенном участке поля зрения приводят к появлению соответствующей галлюцинации.
  • Симптом Осипова (1916) — если пациенту с алкогольным делирием внушить, что ему вложили в руку некий предмет, сжать после этого его кисть в кулак, то он может почувствовать, что в этой руке и в самом деле находится какой-то предмет, и пытаться угадать, какой именно.
  • Симптом Попова (1941) — если пациенту с алкогольным делирием внушить, что предъявленный ему лист белой бумаги окрашен в определенный цвет, то пациент увидит бумагу соответствующего цвета. Этот симптом отличается от прочих тем, что внушение приводит к появлению не галлюцинации, а колорической иллюзии.

Установлено, кроме того, что обманы восприятия, а также отрицательные галлюцинации могут возникать в состоянии гипнотического транса как спонтанно, так и под влиянием соответствующего внушения. Такие обманы восприятия называют гипнотическими. Различают (М.И.Рыбальский):

  • гипнотические сновидения — «видения», спонтанно возникающие во время гипнотического сна;
  • гипнотические галлюцинации при закрытых глазах — галлюцинации, внушенные индивиду, находящемуся в состоянии гипнотического сна с закрытыми глазами;
  • гипнотические галлюцинации при открытых глазах — галлюцинации (и иллюзии), внушенные индивиду, находящемуся в состоянии гипнотического сна с открытыми глазами;
  • внушенные обманы восприятия — иллюзии и галлюцинации, внушенные индивиду, находящемуся в бодрствующем состоянии.

Г.В.Старшенбаум (1976) установил, что гипнотические обманы восприятия обладают всеми признаками, присущими галлюцинациям, такими, в частности, как прозрачность или непроницаемость, локализация во внешнем пространстве или в голове, окраска, сложность, личное значение и мн. др. Галлюцинации могут возникать и под влиянием самовнушения — аутосуггестивные галлюцинации. Таковы обманы зрения, слуха, других видов чувствительности во время медитации, молитвы, напряженного ожидания чего-либо.

Помимо того, давно известны многочисленные факты развития обманов восприятия во время так называемых психических эпидемий — массовых психозов. Так, в толпе, обуреваемой религиозными чувствами или политическими страстями, нередко возникают одинаковые по содержанию зрительные, слуховые галлюцинации, как бы передающиеся от одного человека к другому. Общеизвестным, наконец, является тот факт, что содержание обманов восприятия зависит от направления умственной деятельности пациентов. Об этом писал в свое время В.Х.Кандинский.

Так, во время беседы иногда можно видеть, как «голоса» «вмешиваются» в разговор пациента с врачом. «Голос», например, «подсказывает» пациенту ответы, подправляет их, не разрешает ему сказать что-то свое, как комментирует вопросы врача и т. д. Одна из наших больных эпилепсией во время беседы вдруг встала и направилась к выходу из кабинета. Она пояснила, что «голос» очень заинтересовался вопросами врача и «захотел» продолжить разговор наедине с врачом, так как больная могла этому «помешать». Тем не менее полностью контролировать содержание обманов восприятия, направить его в русло, которое было бы более адаптивным для пациента, невозможно. Многие виды галлюцинаций, такие как вкусовые, обонятельные, тактильные, висцеральные, контролю со стороны пациентов практически не поддаются.

25. В некоторых случаях наблюдаются обманы восприятия, разделенные длительными промежутками времени, но тем не менее как бы связанные между собой, более того, развивающиеся в каком-то одном, определенном направлении, — продлевающиеся галлюцинации. Так, больная сообщает: «В ванной, когда я моюсь, стоит мне закрыть глаза, я тотчас чувствую, как мне на спину наваливается что-то огромное, тяжелое, бесформенное, коричневое, мохнатое и злое. Я отчетливо вижу это. Вижу также, как оно выступает сзади в боковые поля зрения. Мне страшно, я наскоро ополаскиваю лицо и выбегаю в комнату. В детстве, когда я делала уроки, мне как-то показалось, что из-за стенки совершенно бесшумно выкатилось что-то круглое, коричневое, шерстистое, с веселым, добрым, улыбающимся лицом. Я испугалась, закричала, и оно закатилось обратно. Я думаю, что и теперь у меня продолжается то же, что началось в детстве. Только оно стало огромным и злым».

26. Голотимические галлюцинации — обманы восприятия, содержание которых зависит от настроения. Например, галлюцинации в депрессии бывают пессимистического содержания, в них звучат чувство вины, тема наказания, отражаются сниженная самооценка или чувство неполноценности. В маниакальном настроении, напротив, преобладают обманы восприятия оптимистического, радостного, восторженного содержания. Нередко, однако, бывает так, что настроение пациентов и содержание обманов восприятия как бы не зависят одно от другого, это может указывать на интрапсихическую диссоциацию.

Объективные признаки галлюцинаций

Возникают в связи с тем, что обманы восприятия являются для пациентов реальностью, нередко более очевидной, чем сама действительность. Это видно по тому, с каким вниманием они воспринимают обманы восприятия, по их эмоциональным реакциям, как негативным, так и позитивным. Поведение пациентов часто также определяется содержанием обманов восприятия, порой оно совершенно не сообразуется с реальной ситуацией. Многие пациенты предпринимают разные формы защиты от тягостных для себя мнимых образов.

При слуховых галлюцинациях больные разговаривают с «голосами», ругаются, спрашивают, возражают им, совершенно забывая о том, что окружающими людьми эти разговоры воспринимаются как неадекватные. Последнее, вероятно, обусловлено тем, что, по мнению пациентов, и другие люди воспринимают то же и могли бы делать то же самое, что и они. Свои болезненные поступки, какими бы странными, опасными они ни были, пациенты большей частью оценивают как вполне нормальные, не чувствуя при этом ни сомнений и сожаления, ни чувства вины и раскаяния.

Попытки окружающих удержать пациентов от неправильных действий встречают с их стороны, как правило, возмущение, сопротивление, порой даже агрессию. Многие пациенты, искренне считая, что окружающие люди не могут либо не желают их понять, научаются затем диссимулировать галлюцинации и свои болезненные побуждения. У пациентов с многолетними галлюцинациями внешние проявления последних могут сглаживаться или исчезать.

К содержанию