Особые нарушения интеллекта

Существуют нарушения интеллекта, не относящиеся ни к деменции, ни к олигофрении. Приведём описание некоторых из них.

1. Флуктуация продуктивности. Преходящее нарушение умственных способностей, по К.Ясперсу. Автор указывает, что понятие «недостаток интеллекта» имеет смысл только в условиях упорядоченных, доступных состояний, то есть при отсутствии острых расстройств, во время которых невозможно даже приблизительное суждение об интеллекте больного. Далеко не всегда преходящее расстройство удаётся отличить от устойчивого.

Заметили у себя или близкого человека нарушения интеллекта? Звоните нам или записывайтесь онлайн. Мы обязательно поможем!

«Такие расстройства, как уменьшение умственной продуктивности у интеллектуалов, деятелей искусства или преходящие, относительно устойчивые и постоянные расстройства, встречающиеся у психастеников, представляют существенные трудности для классификации». То же касается фаз аффективного психоза, когда депрессивные пациенты остро ощущают свою интеллектуальную несостоятельность. Утрата продуктивности у таких людей может быть временной или длительной. У гипоманиакальных пациентов, напротив, возможно наступление периодов «повышенной продуктивности, пышного творческого расцвета». «Во всех подобных случаях, — подчёркивает К.Ясперс, — мы имеем дело с изменением не интеллекта в целом, а только умственной продуктивности».

2. Социально обусловленное слабоумие. Возникает «главным образом из-за ненормальности той среды, в которой живёт пациент». К.Бонгеффер указывает: «Плохое воспитание, недостаточное образование, отсутствие духовных и умственных устремлений, ограниченность интересов сугубо материальными проблемами, поддержкой чисто вегетативного аспекта Я — все эти обстоятельства могут приводить к сильно выраженной недостаточности знаний и суждений и к развитию крайне эгоцентричных и морально убогих установок». К.Ясперс добавляет, что с «разнообразными типами такого слабоумия, причины которого кроются в условиях окружающей среды, мы сталкиваемся, имея дело с бродягами, проститутками, состоятельными рантье, которые ничего не делали и не переживали с детства, лицами, вынужденными подолгу жить в санаториях из-за различных хронических болезней, а также всякого рода пациентами стационарных психиатрических заведений».

Социально обусловленное слабоумие есть понятие, имеющее смысл лишь в отношении детей, с самого момента своего зачатия оказавшихся в крайне неблагоприятных условиях развития. Речь при этом идёт, во-первых, не только об их культурной депривации, но и о возможном влиянии ряда других социально обусловленных патогенных факторов (осложнённая беременность, хронический дефицит питания, плохой уход, высокая степень травматизма, болезни, недостаточная медицинская помощь и т. п.).

Иными словами, возникающая при этом умственная отсталость обусловлена не только или даже не столько биологическими, но в первую очередь другими, как бы внешними причинами. Можно, по-видимому, принять определение такой отсталости как промежуточной, пограничной, то есть находящейся между олигофренией, с одной стороны, и нижней границей нормального умственного развития — с другой. Во-вторых, это понятие нуждается в прояснении в том, что касается распространённости, степени слабоумия, его динамики, обратимости, прогноза, разграничения с олигофренией.

Некоторые случаи социально детерминированной умственной отсталости, вероятно, вплотную примыкают при этом к олигофрении, но в целом все упомянутые и далеко не простые вопросы до сих пор остаются малоизученными. В-третьих, умственная ретардация может быть связана с врождёнными либо рано приобретёнными дефектами чувствительности, моторики и речи. Такие случаи не имеют прямого отношения к олигофрении и в этом смысле ближе стоят, по-видимому, к социально зависимой умственной отсталости.

Наконец, в-четвёртых, и это очевидно, проблема пограничной умственной отсталости касается множества детей в разных регионах мира и в этом плане ничуть не менее актуальна, чем проблемы олигофрении и деменции вместе взятые. Так, при вскрытии младенцев, умерших от недоедания на первом году жизни, установлено, что общее количество мозговых клеток у них на 60% ниже, чем у нормальных новорождённых (Winick, 1976). Между тем от 40 до 60% детей в мире страдают от лёгкого и умеренного недоедания (Lozoff, 1989), а в некоторых странах от 3 до 7% детей могут страдать от тяжелого недоедания, сопряжённого с огромным числом иных, потенциально опасных переменных (Brozek, Schurch, 1984; Lozoff, 1989). Как это ни странно, но достоверная статистика пограничной умственной отсталости отсутствует. По данным M.Gross (1948), распространённость пограничной умственной отсталости в населении Шотландии составляет 15,6 на 1000, однако исследования такого рода являются единичными и к тому же проводятся по программам, основанным на разных концептуальных подходах.

В настоящее время не существует общепринятого термина для однозначного определения данной патологии. Выражение «социально обусловленное слабоумие» нуждается, как было показано, в таком большом числе уточнений, что на роль специального термина претендовать оно вряд ли вправе. Представляется более оправданным термин пограничная интеллектуальная недостаточность В.В.Ковалёва (1979), которым автор обозначает «различные по этиологии, патогенезу и клиническим особенностям состояния лёгкой интеллектуальной недостаточности, занимающие промежуточное положение между олигофренией и интеллектуальной нормой».

Приведём далее систематику расстройства, предлагаемую В.В.Ковалёвым (1973). Автор различает следующие его варианты: дизонтогенетические формы, энцефалопатические формы, интеллектуальную недостаточность в связи с рецепторопатиями и интеллектуальную недостаточность в связи с дефектами воспитания и дефицитом информации. Он подчёркивает, что в каждом случае речь может идти о сочетании различных факторов расстройства.

1. Дизонтогенетические формы пограничной интеллектуальной недостаточности представляют собой различные варианты дизонтогенеза. Последние таковы.

Интеллектуальная недостаточность при состояниях психического инфантилизма есть «следствие нарушенного созревания наиболее молодых структур головного мозга, главным образом систем лобной коры и их связей, вызванного различными этиологическими факторами (конституционально-генетическими, внутриутробной интоксикацией, токсико-инфекционными воздействиями в первые годы жизни ребёнка)». Автор разграничивает при этом простой психический инфантилизм (с преобладанием проявлений эмоционально-волевой незрелости) и осложнённый психический инфантилизм (с явлениями психоорганического синдрома, психоэндокринного синдрома, церебрастенического синдрома и с симптомами невропатии).

Интеллектуальная недостаточность при отставании в развитии отдельных компонентов психической деятельности. В эту группу нарушений автор включает «интеллектуальную недостаточность, связанную с парциальным нарушением темпа созревания отдельных нейрофизиологических систем: мозговых механизмов речи, психомоторики, механизмов, определяющих выработку так называемых школьных навыков (чтение, письмо, счёт)… При этом в структуре психического дефекта основное место занимает недостаточность тех сторон познавательной деятельности, которые тесно связаны с задержанными в своём созревании функциями, что существенно отличается от более равномерного психического дефекта с выступающей на первый план слабостью мышления при олигофрении».

Разграничиваются такие варианты настоящей недостаточности интеллектуального развития: 1) при задержках развития речи, 2) при отставании развития школьных навыков и 3) при отставании развития психомоторики.

Искажённое психическое развитие с интеллектуальной недостаточностью — вариант синдрома раннего детского аутизма. Имеются в виду случаи раннего детского аутизма со вторичной интеллектуальной недостаточностью, в первую очередь обусловленной особенностями личности, речи и моторики, это, в частности, «недостаточная потребность в контакте с окружающими, слабость побуждений, эмоциональная невыразительность, низкая речевая активность, незрелость общей и тонкой моторики, а также недостаточность активного внимания».

2. Энцефалопатические формы пограничных состояний интеллектуальной недостаточности («инфантильный и ювенильный органический синдром» H.Stutte (1960), «синдром органического дефекта» G.Gollnitz (1970), «минимальная мозговая дисфункция» англо-американских авторов, «ранний детский органический психосиндром» R.Lempp (1974), «синдром резидуальной церебрастении с запаздыванием школьных навыков» С.С.Мнухина (1968), «функционально-динамические расстройства интеллектуальной деятельности после перенесённых инфекций и травм» ЦНС Г.Е.Сухаревой (1965).

По мнению В.В.Ковалёва, «интеллектуальная недостаточность в данной группе связана главным образом с нарушениями интеллектуальной деятельности и предпосылок интеллекта, обусловленными остаточными явлениями органического поражения головного мозга вследствие перенесённых мозговых инфекций и травм». Расстройство чаще имеет функционально-динамический и более или менее обратимый характер.

Разграничиваются следующие варианты расстройства: 1) церебрастенические синдромы с запаздыванием развития школьных навыков, 2) психорганические синдромы с интеллектуальной недостаточностью и нарушением высших корковых функций, 3) пограничная интеллектуальная недостаточность при детских церебральных параличах и 4) интеллектуальная недостаточность при общих недоразвитиях речи (синдромы алалии).

3. Интеллектуальная недостаточность, связанная с дефектами органов чувств.

Различается два варианта расстройства: 1) интеллектуальная недостаточность при врождённой или рано приобретённой глухоте и тугоухости и 2) интеллектуальная недостаточность при слепоте, возникшей в раннем детстве.

4. Интеллектуальная недостаточность в связи с дефектами воспитания и дефицитом информации с раннего детства («педагогическая запущенность», «запущенность», «микросоциально-педагогическая запущенность», «дети-Маугли»). Проблема касается пациентов, которые воспитываются в семьях умственно отсталых, примитивных и душевнобольных родителей, в детских учреждениях, в условиях безнадзорности.

В.В.Ковалёв указывает, что «интеллектуальная недостаточность у этих детей и подростков проявляется в более или менее выраженном недостатке объёма знаний, представлений, которые должны иметься у ребёнка данного возраста, при наличии достаточной способности к обобщению, умения использовать помощь в выполнении тех или заданий, хорошей ориентировки в повседневной житейской ситуации». Расстройство включает также «относительно бедную, неразвитую речь, с преобладанием «речевых штампов», бедность интеллектуальных интересов, недостаточность высших потребностей и установок личности».

3. Относительное слабоумие. Отличить, теоретически, врождённую умственную отсталость от расстройства личности большого труда обычно не составляет. Сделать это на практике удаётся отнюдь не всегда. Существует тип странной личности, у которого внешне высокоразвитая способность к тем или иным проявлениям интеллекта сочетается с поразительной неспособностью в других отношениях — относительное слабоумие, по Е.Блейлеру. Это расстройство, при котором, полагает К.Ясперс, имеет место «нарушенная связь между интеллектом и теми задачами, которые человек ставит перед собой.

Непропорциональность побуждений приводит к постановке таких задач, с которыми при данном уровне интеллекта личность не в состоянии справиться». Такие индивиды часто бывают наделены прекрасной механической и вербальной памятью, но на деле являются «мастерами путаницы». Они страдают от неисправимой переоценки своих возможностей, от полного отсутствия критического отношения к себе и совершенно не способны извлекать из опыта указания, которые были бы полезны для осуществления их задач.

В их разговорах бесчисленные ассоциации текут свободным потоком, так как они стремятся что-то представлять собою и производить впечатление на других; отсюда другое название расстройства — салонное слабоумие. П.Б.Ганнушкин предпочитает термин конституциональная глупость. Тут нет скачки идей, речь идёт совсем о другом, о психологически понятной экспансии Я, сочетающейся с огромной массой «идей», натиск которых ограничен лишь возможностями речевой деятельности и механической памяти. Идеи, однако, не развиваются, в них нет ничего кроме проявлений хаотического и к тому же целиком заимствованного из прочитанного поверхностного знания.

Место ответственных оценок и установок занимают плоские, чисто словесные остроты. Пациенту важнее всего говорить, а не думать и не мыслить самостоятельно. Первое впечатление, будто всё сказанное исходит от него самого, является абсолютно ложным. Для разговоров пациент предпочитает выбирать «высшие» проблемы, отчего расстройство называют также высшим слабоумием. Судя по этому описанию, речь идёт, по-видимому, о психопатической личности со смешанными — истерическими и паранойяльными — чертами характера. Как истерик пациент пытается произвести на окружающих впечатление своими обширными познаниями в области высоких материй, но, одновременно с тем, как параноик он и без того уверен в своём высоком предназначении и потому совершенно лишён критики к себе. Кроме того, его познавательную мотивацию характеризует незрелость, детскость: он читает или что-то запоминает не для того, чтобы в чём-то разобраться, а бездумно и бессистемно складирует знания, в основном с тем, чтобы кому-то об этом рассказать, точно школьник, которому на уроке очень хочется получить хорошую оценку, затем похвастаться ею и показать её своим строгим родителям.

4. Эмоциональная тупость и псевдодеменция. Умственный дефект иногда отождествляется не только с депрессией, лёгкой оглушённостью сознания, субкататоническими состояниями или с социально-педагогической запущенностью, но и с эмоциональной тупостью, то есть безразличием, холодностью, безучастностью пациентов. С этим может быть связана едва ли не утрата познавательных интересов, исключая, может быть, элементарные и отражающие только вегетативные потребности побуждения пациентов. Чаще всего речь в таких случаях идёт о пациентах с глубоким шизофреническим дефектом личности.

За расстройство умственных способностей могут быть приняты и состояния псевдодеменции, обычно наблюдающиеся при так называемых тюремных психозах. Пациент, впадая в состояние истерического психоза, неосознанно играет при этом роль совершенно беспомощного, ничего не знающего и ничего не умеющего делать человека, который заслуживает не наказания, а жалости и опеки.

Другой формой истерической реакции является неспособность принять факт своей интеллектуальной несостоятельности в ситуации стресса — отрицание умственного дефицита. Пациенты несколько возбуждены и ведут себя таким образом, чтобы скрыть свою несостоятельность как от самих себя, так и от окружающих, включая врача. С этой целью они меняют направление разговора, не к месту шутят, рассказывают о чём-то второстепенном, отвлекая тем самым собственное внимание и внимание окружающих от своего умственного дефицита.

5. Синдром заката. Напоминающее деменцию состояние, характеризующееся сонливостью, спутанностью, атаксией и падениями. Наблюдается обычно у пожилых людей под влиянием чрезмерного употребления седативных препаратов. Кроме того, расстройство может возникать и у дементных пациентов после приёма даже небольших доз психоактивных веществ или под истощающим влиянием яркого света, сильного шума, интенсивного общения.

К содержанию