Мифы

Социальная значимость шизофрении не вызывает сомнения. В первую очередь речь идет о сложившейся стигме психической болезни.

У обывателя слово «шизофрения» вызывает чувство безнадежности, страха, растерянности. На протяжении ста лет сложились мифы об этом заболевании: «шизофрения неизлечима», «шизофрения имеет печальный исход», «шизофрения - тяжелое психическое расстройство», «шизофрения делает человека неполноценным», «шизофрения — опасна для общества» — эти фразы звучат как приговор.

Мифы о шизофрении

  • «Шизофрения — тяжелое психическое расстройство»
  • «Шизофрения представляет собой расщепление личности»
  • «Шизофрения заканчивается слабоумием»
  • «Больной шизофренией-неполноценный человек, инвалид»
  • «Шизофрения — опасное для общества сумасшествие»
  • «Шизофрения неизлечима»
  • «При шизофрении необходим пожизненный прием медикаментов»

Страх стать больным шизофренией - это одновременно страх быть исключенным из общества.

Неудивительно, что среди тех, кому был поставлен диагноз шизофрении не так уж мало случаев самоубийств. Смертность в результате завершенных суицидов при шизофрении составляет 4-15% (Kasper S. et al., 1999).

В большинстве случаев отношение людей к человеку, страдающему этим заболеванием, в лучшем случае напоминает отношение к больному ребенку, а в худшем как к опасному существу.

Многие исследователи отмечают, что за последние 20 лет отрицательное отношение к больным шизофренией со стороны населения заметно усилилось. Отчасти это свидетельствует о сложившейся негативной социальной стигме — своего рода второй болезни.

Стигме шизофрении отчасти способствовали сами психиатры, причем в большей степени те из них, которые внесли значительный вклад в учение о шизофрении: E. Kraepelin, Е. Bleuler и К. Schneider. Некоторые последователи этих знаменитых психиатров и дилетанты выдвинули на передний план ряд положений, которые способствовали стигме шизофрении. В обществе укоренились взгляды на неизлечимость этой болезни. А такие выражения, как «ращепленная личность» и «опасное сумашествие с бредом и галлюцинациями», просто пугали обывателя.

По словам немецкого психиатра H. Katsching (2002), «общая для всех психически больных стигма — явно существовавшая еще до эры шизофрении — де факто, усилилась за счет трех специфических элементов диагноза шизофрения» («неизлечимость», «расщепленная личность», «сумашествие»).

Когда E. Kraepelin формулировал свои взгляды на «преждевременное слабоумие» (dementia praecox), он в первую очередь опирался на наблюдения за хроническими больными, которые длительное время находились на лечении в психиатрической больнице. Отчасти отсюда убежденность в плохом исходе при продолжительном течении этого психического заболевания.

Термин «шизофрения», предложенный Е. Bleuler, по мнению некоторых психиатров, был переведен на многие языки неточно, как «расщепленная личности», хотя автор полагал, что основными симптомами шизофрении выступают аффективные и когнитивные расстройства.

К. Schneider своей концепцией «симптомов первого ранга» подчеркнул значимость для диагностики шизофрении таких ее проявлений как бред и галлюцинации, которые, на его взгляд, могли распознать люди, даже не являющиеся психиатрами. В дальнейшем для обывателя бред и галлюцинации стали симптомами, сигнализирующими о тяжелом сумашествии.

По словам M. Bleuler (1957), многие врачи полагают, что шизофреники уже не люди. Так Forel называл их чисто вегетативными существами, сравнивая жизнь шизофреников с растениями. M. Bleuler писал, что «эти вегетативные существа открываются в ходе лечения потрясающим образом как люди с насыщенной трагикой, которых можно так хорошо понимать, как своих здоровых друзей. Стена между здоровыми и тупоумными шизофрениками, казавшаяся непреодолимой, рухнула, и перед нами вместо разрушенного болезненным процессом предстал такой же человек, как и мы с вами, и который только страдает».

От стигмы шизофрениии особенно страдают молодые люди. Учитывая этот факт, некоторые психиатры считают необходимым повысить уровень информированности молодых людей о сути и клинических проявлениях шизофрении.

Важно отметить и повышенную способность больных шизофренией к самостигматизации на основе неуверенности в себе и сложившихся социальных стереотипов, в частности, преувеличенных биологических нарушений при этом психическом расстройстве.

В Москве 90% больных шизофренией и 70% их семей испытывают последствия стигматизации; 40% больных демонстрируют признаки самостигматизации и усваивают роль недееспособного иждивенца — инвалида (Гофман А.Г., Понизовский П.А., 2006).

Предубеждения и обвинения как следствие стигматизации болезни калечат личность человека. Больные и их родственники, как правило, занимают оборонительную позицию, в связи с тем что шизофрения считается болезнью с плохой репутацией. Дети больных шизофренией находятся в сложном положении из-за чрезмерно ранней ответственности и одновременно детской зависимости от больных родителей (Финзен А., 2001). 

Вернуться к Содержанию