Дезорганизация мышления и речи

Характерным и специфичным позитивным расстройством при шизофрении считается «разорванность мышления». По Е. Блейлеру, оно «расщеплено», как и все другие стороны психической сферы больного, и является результатом «разрыхления ассоциативных связей». «В ассоциациях единое расщепляется, разнородное соединяется; происходит так, как если бы мы разные понятия одной категории перемешали и потом стали бы их совершенно случайно сочетать» (Блейлер Е., 1911); «происходит разрыв, имеют место нелогичные, бессвязные, а иногда совершенно бессмысленные сочетания» (Гуревич М.О., Серейский М.Я., 1946).

Прогноз при наличии дезорганизации мышления обычно неблагоприятен. «Формальные и существенные расстройства мышления соединяются в один общий натиск к разрушению личности. Странно при этом только то, ничем не нарушенное миролюбие, с которым эти разнообразнейшие круги представлений делят между собой обладание конкретными фазами — Я. Это распадение искусного душевного здания на „множество ощущающих и мыслящих организмов“ составляет последнюю ступень дошедшего до неизлечимости умственного расстройства» (Шюле Г., 1880).

Дезорганизацию мышления и речи некоторые психиатры признавали самостоятельной группой синдромов, в противоположность позитивной и негативной симптоматике. Однако внимательный психопатологический и нейропсихологический анализ показывает, что эта совокупность синдромов неоднородна и часть из них можно отнести к позитивной симптоматике, а часть к признакам нейрокогнитивного дефицита.

При некоторых формах шизофрении мышление теряет свою связность, утрачивает гибкость, становится нечетким, неравномерным («мысли быстро приходят и уходят, перемещаясь с одного предмета на другой», «набегают друг на друга, пересекаются и сталкиваются»), стереотипным, чрезмерно абстрактным, прерывистым («обрывы мыслей»), нелогичным и неадекватным конкретной ситуации.

Образы и фрагменты мыслей могут следовать друг за другом без всякой логической связи. «Явления эти очень напоминают выражения, встречающиеся иногда у субъектов, страдающих парафазией, и в еще большей степени те разговоры, которые мы обыкновенно видим во сне ... очевидно, как тут, так и там дело идет о продолжительной или временной потере способности к правильному сочетанию между представлениями и их звуковыми образами» (Крепелин Э., 1891).

Читайте подробнее о симптомах шизофрении

Несмотря на некоторое сходство разорванности мышления с симптомом «скачки идей», эти психопатологические феномены отличаются друг от друга, поскольку связь между ассоциациями больного шизофренией разорвана, в противоположность их усиленному образованию при маниакальном синдроме.

Одним из дифференицально-диагностических критериев нарушений мышления при шизофрении и маниакального синдрома, развившегося в рамках биполярного аффективного, возможно, и шизоаффективного расстройства является тот факт, что в последних случаях пациент обычно возвращается к той мысли, с которой он начал свои рассуждения, в отличии от больного шизофренией, который обычно не способен завершить однажды начатую мысль.

При шизофрении встречается остановка мышления («закупорка», шперрунг) — эпизодически возникающее состояние его блокады. Субъективно больные воспринимают это состояние, как «провал или обрыв мыслей». Это расстройство, вероятно, связано не только с патологией процесса мышления, но и с нарушением памяти. Больной может забыть, почему он начал свою речь, «что и как надо было делать, зачем понадобился тот или иной предмет, каково его назначение ...», " ... забывается, о чем хотелось сказать и что было сказано перед этим" (Жмуров В.А., 2008).

Ассоциации отличаются фрагментарностью, «ослабленностью». Больному шизофренией трудно поддерживать заданную собеседником тему, обычно из-за слабости ассоциаций или «ускользания мыслей». Для внешнего наблюдателя речь больного шизофренией нередко непонятна и лишена логического смысла.

Речь больного шизофренией может быть разорвана, включать в себя неологизмы, аллитерации, бессмысленные рифмы, персеверации. Встречаются обрывы мыслей, их внезапная остановка. Интересно отметить, что часто «совершенно бессмысленный набор разорванных шизофренических ассоциаций обычно объединяется больным в грамматически правильно оформленное предложение (Гуревич М.О., Серейский М.Я., 1946) и представляет собой «сохранение формы без содержания». В.А. Жмуров (2008) в качестве иллюстрации разорванности мышления приводит бессмысленный диалог истца и ответчика в книге «Гаргантюа и Пантагрюэль» Франсуа Рабле.

Персеверации, или речевые стереотипы, некоторые авторы отличают от персевераций в широком смысле слова (речевые, двигательные, сенсорные стереотипы, ригидность, слабая способность к переключению и др. ). Liemann (1905) в свое время различал клонические, тонические и интенциональные варианты персевераций. Sandson, Albert (1984) в дезорганизации мышления и речи находили характерные черты персевераций, в свою очередь, разделяя их на «текущие персеверации», персеверации «stuck in set» и «возвращающиеся персеверации».

Персеверации современными исследователями шизофрении рассматриваются как симптом поражения префронтальных отделов мозга, его дорсолатеральных областей. Кроме того, персеверации часто обнаруживаются при фронтально-субкортикальных и мезолимбических нарушениях.

Отдельные авторы описывают персеверации как примеры префронтальных нарушений, которые следует понимать не как фокальные расстройства с определенным нейроанатомическим субстратом, а как изменение взаимосвязей между удаленными областями мозга.

Многие исследователи шизофрении считают, что персеверации следует отнести к позитивной симптоматике, поскольку они обнаруживают положительную корреляцию с галлюцинациями и дезорганизованным мышлением (формальное расстройство мышления).

Помимо персевераций дезорганизация мышления может проявляться склонностью к символике, нередко запутанной и фиксированной на сексуальной теме. При этом связь между символом и объектом совершенно непонятна и немотивирована.

Для больных шизофренией типично резонерство (по некоторым авторам, «тангенциальное мышление»), при котором логические связи заменяются слабо связанными отношениями слов: «является пустота мыслей, прикрытая снаружи лоском прежних жизненных форм, некогда вполне осмысленных привычек ...у очень образованных больных этот лоск формы легко ослепляет и замаскировывает внутреннюю пустоту содержания» (Нейманн В., 1878). Высказывания больных при этом могут быть многословны, беспредметны, витиеваты и многозначительны. Резонерство нередко встречается при парафренном синдроме.

При шизофрении отмечается своеобразная «интеллектуальная амбивалентность» - в одно и то же время сочетается полярная противоположность понятий и представлений.

Больные могут слиять понятия и образы, совершенно не связанные между собой («агглютинация понятий»).

По мнению некоторых авторов середины ХХ века, отсутствие целевых представлений влечет за собой наплыв в сознание побочных, случайных представлений, что и ведет к разорванности мышления.

В литературе, посвященной дезорганизации мышления и речи, можно встретить сведения о «сверхвключаемости» больных шизофренией, которая проявляется недостаточно устойчивыми границами понятий. При этом отмечается нечеткость мышления, обусловленная вторжением в речь больного посторонних или отдаленных ассоциаций (ВОЗ, 1997).

В 1997 г. Chua выявил значительную положительную корреляцию между дезорганизацией мышления и относительными объемами гиппокампа и веретенообразной извилины. В работах McIntosh et al. (2001) было обнаружено наличие положительной корреляции между выраженностью «дезорганизации» и объемом височных долей (эти исследователи, также определили взаимосвязь эйфории с увеличенными размерами таламуса).Несколько ранее Shenton et al (1992) отметили, что степень дезорганизации мышления коррелирует с объемом серого вещества в левом заднем отделе верхней височной извилины.

С точки зрения нейрохимических процессов персеверации связывают с повышенной активностью дофаминергической системы. Известно, что стереотипы движений можно наблюдать после приема амфетамина, метилфенидата или апоморфина.

Некоторые авторы сообщали об усилении вербальной персеверации у больных шизофренией после приема метилфенидата и ее уменьшении в результате приема антипсихотика (галоперидол). Резонерство, напротив, типично для сниженной активности дофаминергической системы («снижение катехоламинергического тонуса»), подобное состояние достаточно типично для пациентов, испытывающих трудности для сохранения схемы последовательности мышления и действий.

Вернуться к Содержанию